— Видимо, этим приемом ты вытягиваешь чакру из людей, — заметил я, внимательно наблюдая за Ооцуцуки и движением чакры в его теле. — К сожалению, сейчас чакра Дайки уже в руках иного существа.
— Примитивы, не знающие границ! — зло оскалившись, выпалил Урашики, вновь замахиваясь своим оружием.
Вот только я в теле Дайки пропал в алой вспышке Хирайшина. На месте Ооцуцуки в тот же миг осталась лишь стая плавно планирующих журавликов. Росчерк хлыстом изогнувшегося шеста Урашики прорезал темное небо, рассекая Дайки от плеча к бедру.
— Закономерный конец идиота, связавшегося с демоном, — с кровожадной улыбкой он наблюдал, как мой клон падает на камни рассеченной куклой. — Ты планировал, что помощь дохлых монстров поможет выжить тебе?
— Я изучаю твои возможности, — сложив руки на груди, спокойно ответил я обернувшемуся ко мне Ооцуцуки.
— Слишком дерзок даже для монстр...
Урашики не смог договорить свою фразу. Слова застряли в горле, а лицо исказилось от боли. А через миг он вновь пропал, чтобы появиться чуть в стороне.
— С помощью Дайки я способен призвать несколько Рейки, — пояснил я. — Должно быть, ты видел Шинигами, когда его рука коснулась твоей души. Теперь знаешь и о Джашине. Ты можешь попытаться изрубить Дайки в фарш, вот только это не поможет. Но также ты можешь сдаться. Мне интересно изучить Ооцуцуки.
— И не мечтай! — воскликнул Урашики и вновь попался в руки Шинигами.
— Как долго ты еще сможешь так скакать? — спросил я, когда противник вновь пропал из виду и появился в другом месте.
— Уж дольше, чем ты использовать свои техники! — несмотря на слова, на лице Урашики можно было заметить беспокойство. — Ладно, ублюдок! Слишком дорого для какого-то насекомого, чтобы использовать это на нем. Так что цени!
Ооцуцуки вновь испарился, оставив вместо себя лишь журавликов. Несколько раз ему потребовалось использовать свою технику побега, чтобы оказаться возле Дайки и бросить в него черную шкатулку. Из распахнувшейся крышки повалил серый дым, мгновенно обволокший мое запасное тело.
— Что ж, с одним покончено, — надменно произнес Урашики, отпрыгнув от моего клона, по телу которого начала расползаться корка черного льда. — Не стоило тебе расслабляться, монстр. Теперь твоему другу придется наслаждаться Дворцом Короля-Дракона ближайшие десять тысяч лет.
— Иронично, — заметил я. — Один из восьми Королей-Драконов оказался заключен во Дворце Короля-Дракона.
— Ха. Для земного насекомого носить имя Короля-Дракона слишком дерзко, — уперев конец шеста в землю, Урашики посмотрел на меня.
— Может, высшее существо снизойдет до ничтожного меня и скажет, нет ли где-нибудь в мире Рюгудзё? Настоящий Дворец Рюгу, а не порошок из него? — встретив взгляд Риннегана Ооцуцуки, решил уточнить я заинтересовавший меня момент.
— К чему тебе это знать?
— Потому что я Рюджин, и этот дворец может быть моим. Мне бы этого не очень хотелось, но этот мир настойчиво навязывает мне ненужное прошлое.
— Ха! Рюджин? — удивленно скривил губы Урашики и заливисто рассмеялся. — Ха-ха-ха!!! Этот мир и в самом деле интересный! На нем нас ждет большой урожай не только чакры, но и иди... от... ов... Что...
Последние слова Урашики произнес с трудом. Он неуверенно отступил назад и, покачнувшись, тяжело упал на колени. Подняв дрожащую руку к лицу, он широко распахнутыми глазами несколько секунд тупо смотрел на нее, прежде чем неуверенно вытереть начавшие течь по подбородку слюни.
— Это отняло больше времени, чем я думал, — сказал я больше себе, чем противнику. — Твоя физиология любопытна и несколько отличается от человеческой. Потребовалось время, чтобы подобрать подходящую композицию ядов. Я ведь говорил тебе, что мне интересно изучить Ооцуцуки. И для этого мне достаточно просто внимательно посмотреть на тебя.
Глаза уже жгло от напряжения. Все-таки сложно рассматривать клеточную структуру просто Кецурьюганом, даже владея техникой Микроскопии Клеток. В первую очередь, сложно обрабатывать такое огромное количество информации. Но это крайне важно для меня, так что я продолжал наблюдать за биохимическими процессами, протекающими в Ооцуцуки и за его чакрой в кейракукей.
— Учитывая ваши деструктивные намерения по отношению к моему новому дому, изучение Ооцуцуки в основном касается мер противодействия вам. Я наблюдал за твоими возможностями, за характером тока чакры, особенностями клеток и проницаемости их мембран. У тебя несколько отличный от человеческого набор медиаторов в нервных синапсах и иное строение гистогематических барьеров. Но, главное, повышенная способность печени вырабатывать ферменты для метаболизации токсинов и высокая эффективность фильтрации в почках. Ты мог бы быть почти так же иммунен к ядам, как я, если бы уделял этому внимание. Я вижу, что в структуре твоей ДНК есть уникальные включения чакры. Очень странно. Будет сложно подобрать против вас какую-нибудь болезнь. Гораздо сложнее, чем с клетками Хаширамы. Нужна выборка побольше. Жаль, Исшики был куда сильнее тебя, и его клетки были перемешаны с человеческими.