— Вы остались одни.
— Так что вы и в самом деле неплохи.
— Это джинчурики Кумо, Хидан, — скосив взгляд на напарника, с неодобрением произнес Какузу. — Отвлечешься — и ты покойник. И, зная Облако, напарник у джинчурики тоже должен быть опасен.
— Рассказывай больше, Какузу, — беззаботно ответил джашинит. — Если хотят — пусть убивают… Раньше начнем, раньше закончим.
Пара нукенинов остановилась на камне, словно не желая ступать на неустойчивую поверхность воды в цистерне.
— Мататаби, — воспользовавшись моментом, обратилась внутрь себя Нии.
— Я здесь, Югито.
— Я же справлюсь? — ища поддержки, спросила Нии.
— Мы постараемся.
Чакра биджу начала проникать в тело, постепенно растекаясь волной огня по меридианам. Кончики пальцев начало покалывать от прилившей энергии, одно желание — и вместо ногтей вырастут острейшие когти. Но этого сегодня может быть мало.
— Забавно, конечно, но лучше бы здесь были взрывные печати, — криво улыбнувшись, сказал невпопад Увабами. — Слышь, блондинчик, а где такие глаза на руки раздают?
— Этот малец явно торопится сдохнуть, — удивленно посмотрел на Увабами Хидан.
— Тогда приступим, — тут же предложил Какузу, начав поднимать руки, но был остановлен напарником.
— Подожди, — попросил Хидан, перекинув косу в левую руку и освободившейся правой стягивая с шеи медальон. — Я должен помолиться богу.
Югито озадаченно нахмурилась, наблюдая, как нукенин прикасается губами к цепочке, на которой висит вписанный в круг треугольник, и как оживает мутный глаз на ладони джашинита. Он словно задрожал, вены на руке вокруг него налились кровью, вокруг начали скапливаться алые капельки, зрачок задергался, словно осматриваясь вокруг. Жутковато.
— Все страньше и страньше, — мрачно прокомментировал увиденное Увабами.
— Опять эти идиотские молитвы, — меж тем недовольно посмотрел на напарника Какузу.
— Эй, я тоже от них не в восторге, но так нужно. Око наставника не дремлет, — указав на глаз на своей руке, возмущенно ответил Хидан. — Таков ритуал, ясно?!
— Мерзость, как и всегда у этих культистов, — неприязненно высказалась Нии, наблюдая за нукенином-культистом. — Увабами, напомни-ка, что мы делаем с джашинитами?
— Перевоспитываем во имя Рюджина-сама?
— Именно. Перевоспитываем, отправляя в ад!
— Эй, кто это сказал?! — яростно воскликнул Хидан, резко обернувшись к ниндзя Кумо. — Кто вспомнил имя лжебога?!
Глаз на руке культиста тоже словно вперил свой взор в Увабами, начиная нервно подрагивать.
— О, как тебя трясет от одного его имени, — хищно оскалилась Нии. — Правду говорят, что Джашин — лишь демон, и поклоняющиеся ему не выносят имени истинного ками.
— Знаешь, девчонка, меня многое бесит в этой жизни, но кое-что меня бесит больше всего, а когда я в бешенстве…
— Заткнись уже, — недовольно буркнул напарник культиста.
— А, молчу, молчу… — перехватив косу, кровожадно улыбнулся Хидан. — Ты прав, пришло время уничтожать все вокруг!
— Ради разнообразия предложу это сам, — внезапно выступил вперед Увабами. — Может, договоримся?
— Договоримся? — с тихой насмешкой в голосе спросил Какузу.
— Готов отдать нам свою подружку, чтобы самому уйти живым? — снисходительно спросил Хидан. — Хорошая идея! Нам нужна только она. Тебя можно догнать чуть попозже. Есть шанс, что ты даже сбежишь.
— Кумо не бедная деревня, — не обратил внимания на культиста Увабами, — сколько бы вам не заплатили за Нии, Облако может дать больше. А еще у Кумо есть враги, показательное и жестокое убийство которых было бы не лишним.
— Ха! А этот парнишка соображает, — рассмеялся Хидан. — Работку предлагаешь? А что, тюрьма и допросы — чем не жизнь, а? Что скажешь, Какузу? Эй, Какузу?
— Хватит отвлекаться, — после немного затянувшейся паузы ответил нукенин из Такигакуре. — Кумо не даст власти над миром.
— Да уж, Кумо такое не потянет. И не сможет принести мне Орочимару живым!
— Вот и поговорили. Какие же вы закомплексованные детишки, — покачав головой, пробормотал Увабами. — Готова, Нии?
— Давно! — крикнула в ответ Югито, падая ниц.
Ее ладони ударили по воде, бурлящая внутри чакра вырвалась наружу, расшвыривая в стороны брызги и взметнув светлые волосы. Бушующее сине-черное пламя вырвалось из тела Нии, приобретая форму огромной кошки. И в это же время была завершена техника Увабами. Стальные копья вырвались из камня пола, сплетая клеть вокруг Акацуки и стремясь их пронзить.