Я больше не управлял полётом — ни через флюид, ни через механику.
Повернувшись к Хильде, я сказал:
— Пеленг.
Она поняла мгновенно.
Вцепилась в джойстик, и на экране вспыхнула точка — «змеиный» мир.
Я толкнул рычаг до упора.
Зелень за окнами растеклась, размазалась неопрятными кляксами. «Акварель» раздёргивали помехи — диагональные, поперечные, зигзагообразные. Больше не было ровных линий, только абстрактный хаос.
Но мы летели.
Точка прибытия всё так же светилась.
— Няша, — сказал я, — чтобы ты знала. Если бы не твоя реакция, то мы бы сейчас разбились. Без вариантов.
— Ну, просто повезло… — смутилась она. — Координаты я ведь нащупала ещё до волны, искать не пришлось, поэтому быстро…
— Не прибедняйся. Если опять будешь сомневаться, что ты хороший штурман, то объявлю тебе строгий выговор.
— Очень строгий?
— Да, с занесением в личное дело. И целовать перестану.
— Только не это. Всё поняла, прониклась, больше не заикнусь.
Несколько минут мы молчали. Флюидные завихрения стали ослабевать, мы выходились из зоны шторма. «Акварель» упорядочивалась. Вновь прочертились прямые полосы к горизонту, хотя иногда их всё ещё искажали помехи, идущие поперёк.
— Тимофей, — заговорила Хильда, — это ведь не случайность — два шторма именно в те моменты, когда мы собираемся прыгать…
— Ну, как бы да. С теорией вероятностей не особо стыкуется.
— И как бы ты это объяснил?
— Очень сильно подозреваю, что и в тот раз, и в этот «змеюки» включали свою так называемую антенну с флюидными спецэффектами. Или даже она включалась автоматически при нашем приближении…
— Но на других ямщиков она почему-то не реагировала. Почему вдруг на нас?
— Хороший вопрос. Хотя…
Смутная догадка мелькнула у меня в голове, и я замолчал, пытаясь с ней разобраться. Умница Хильда терпеливо ждала.
— А если предположить, — сказал я наконец, — что ждали не нас с тобой, а своего шпиона? «Антенна» была настроена на его возвращение, а на нас среагировала ошибочно…
— С чего вдруг?
— Как выразилась Вилма однажды, шпион протянул к нам нить своего внимания. То есть его информационный след переплетается с нашим. «Антенна» засекла нас вместо него, включилась, но змееглазые быстро поняли — нет, это не шпион летит, а другой экипаж. И выключили «антенну» обратно. Это в тот раз. А сейчас мы с ним связаны ещё крепче, через брелок и «лапу», которые мы держали в руках. «Антенна» реагирует интенсивнее, поэтому шторм сильнее.
Обдумав мои слова, Хильда приготовилась, кажется, возразить, но нас отвлёк радар. Как и в предыдущие рейсы, точка отчаянно замигала, появляясь то справа от юго-западной условной оси, то слева.
— Сейчас прибудем, — сказала Хильда. — Как думаешь, куда в этот раз? К «змеюкам» или в космический мир-двойник?
Гадать не пришлось.
Мы выскочили из «акварели» недалеко от реки, но орбитальный лифт на том берегу отсутствовал. Была лишь нетронутая саванна.
Эти детали, впрочем, занимали меня сейчас в последнюю очередь — мы шли на экстренную посадку.
Штурвал наконец-таки заработал, но всё ещё «залипал». Контроль был паршивый, аэрокар конвульсивно дёргался, едва не срываясь в штопор.
Скрипя зубами, я кое-как удерживал управление. Мы спускались под опасным углом, практически падали.
В последний момент я сумел чуть выправить траекторию. Машина чиркнула брюхом по верхушке пригорка, проехалась по траве и с треском вломилась в сухой кустарник. Колёса так и не выдвинулись.
— С прибытием, — сипло выдохнул я, откинувшись на сиденье.
Когда мы несколько оклемались, Хильда спросила:
— И как у нас дела? Машина исправна?
— Сейчас проверю.
Через флюид я нащупал управляющий контур. Тот отзывался плохо — шторм повредил конструкцию. Если бы не отсрочка ущерба, аэрокар уже, вероятно, развалился бы на запчасти. Или как минимум пришёл бы в негодность.
— Прости, снежинка, — сказал я, — порадовать не могу. Застряли мы капитально.
А со стороны гор к нам уже летел «птеродактиль».
Глава 3
В прошлый раз патрульные приняли нас приветливо, но сейчас ситуация осложнилась — «змеи» уже могли догадаться, что их шпион раскрыт. И был риск, что им надоест прикидываться белыми и пушистыми.
Я снова нащупал контур. Перед глазами поплыли пятна от напряжения, но я всё-таки запустил маскировку. Флюид вокруг всколыхнулся, скрывая аэрокар от посторонних глаз.
«Птеродактиль», распластав крылья, описывал круги над равниной — то удалялся к реке, то возвращался к нашим кустам. Он нёс троих седоков. Мы наблюдали молча, хотя нас вряд ли могли подслушать даже с помощью магии. Хильда вцепилась в мою ладонь.