Зур'дах нашел свободное место и лег. Уговаривать спать его было не нужно — глаза и сами слипались. Уже краем уха гоблиненок услышал, как за их группой пришли на отдых и другие. Это на мгновение заставило его вскинуть голову и взглянуть на них.
Барак оказался заполнен почти полностью. Сотня детей.
Зур'дах увидел среди вошедших детей постарше и Турхуса. Тот его даже не заметил. Руки его были перемотаны, а лицо все еще было полностью опухшим и с кровоподтеками.
— Тебе не давали смесь? — услышал он голос однорукого.
— Давали, но этого оказалось недостаточно. — ответил Турхус.
— Значит, надо еще принять. Я скажу Даху — он тебе достанет. Тебя нельзя терять время.
Впрочем, сейчас видеть избитого Турхуса ему было приятно. Этот придурок поплатился за свои слова, а еще за то, что швырнул Сарика ни за что, ни про что — так что Зур'дах ощущал себя полностью правым. Кроме того, благодаря этому он попал в Яму Тьмы и теперь он хотел попасть туда второй раз: потому что тьмы он уже не боялся, а вот еще раз понять как так вышло, что его руки могут разрывать тьму, — он хотел.
Кто-то тихо разговаривал друг с другом, но на них скоро шикнул Тар'лах.
Зур'дах же почти сразу отключился, не обращая внимания на мелкий шум.
— Что думаешь про новеньких? — спросил Дах-надсмотрщик однорукого.
Они сидели возле казармы, пока дети отдыхали перед следующей тренировкой.
— Нуу… — протянул Тар'лах, — Ребята оказались крепче и выносливее, чем я думал поначалу. Особенно тот, чернорукий. Он из всех самый крепкий.
— С седьмым кругом, который. — ухмыльнулся Дах.
— Да. Теперь я верю в его седьмой круг, а то было подумал, что этот выживший из ума старик все напутал, как с ним частенько бывает.
— Было бы странно, если бы ребенок с седьмым кругом не был самым крепким и выносливым.
Однорукий кивнул, соглашаясь.
— Сомнения у меня все равно были.
— Какие сомнения — две измененные руки недостаточный признак высокого круга?
— Руки не показатель. Бывают случайности и совпадения, иногда даже части тела меняются раньше времени, просто потому, что кровь плохо усвоилась.
— Это редкость, — возразил надсмотрщик.
— Верно…
— Но малец меня порадовал, — признал он через пару секунд, — Турхус уже давно уперся в потолок — из него ничего выжмешь, как бы Старший Наставник не хотел. А рисковать и повышать его круг Хозяин ни за что не захочет — Чемпион среди малышни, как-никак.
Тарлах вздохнул.
— В мое время все было по-другому.
— Ага, — поддакнул Дах, — И дохли вы как мухи.
— Ладно, — отмахнулся он от надсмотрщика, — Ты же не об этом поговорить хотел.
— Не об этом.
— Слышал, что мальцы рассказывали?
— Ты о том, что их поймали в каком-то поселении? Ну, и что с того?
— Нет, я о том, где они жили до того, как прибыли в место, где их поймали.
— И?
— Они слыхом не слыхивали ни о каких дроу, гноллах, людях, и рабах. Понимаешь? У них целое огромное племя жило свободным.
— Опять ты о своих свободных гоблинах? — однорукий сплюнул, — Такому не бывать, и ты сам это знаешь.
— И главное, — добавил Тарлах, — Смотри, где эти мальцы теперь — с нами, рабы, как и остальные.
— Мальцы говорят, племя было огромным, — продолжил Дах, не обращая внимания на слова однорукого.
— Они считать-то толком не умеют: для них три больших семьи уже будут крупным племенем.
— Нет-нет, — возразил Дах, — Я попросил их описать пещеру и количество жилищ, а уже поэтому можно судить о величине.
— Ну и где это племя?
— Погибло, — мрачно вздохнул надсмотрщик.
— Вот-вот, и я о чем. Если их поймали где-то на Втором Ярусе, как они говорят, то оно и неудивительно. Выжить там нам, гоблинам, — невозможно. Что они своим примером и доказали. Ну не могут гоблины выживать в открытых Подземельях — наша раса слишком слаба.
Дах сжал кулак, но ничего не ответил.
— А вот то, что старика не привели сюда — жаль, — продолжил Тарлах, — Вот с ним бы поговорить, — уж он то знал больше, чем эта мелкотня.
Молчали они в этот раз долго. Каждый думал о своем. Прервал молчание однорукий.
— Но даже если ты прав, и племя было огромным, и если даже допустить, что оно не одно, то просто подумай вот о чем — сколько наших рабских поселений раскидано только по Первому Ярусу, сотни? Так что я вот что тебе скажу: если кто-то из гоблинов живет «свободно», едва выживая в Подземелье, то я могу ему только посочувствовать. Тут я хотя бы жив. А племя этих мальцов уже мертво.
— Но если бы… — начал было Дах.
— Тихо ты! Молчи! — оборвал его Тар'лах, — Даже не произноси то, что хочешь сказать. А я знаю, что ты хочешь сказать.
— У мерзкой псятины не только нюх хороший, но и слух что надо: они за две сотни шагов могут нас услышать, если захотят, — тренер встал и прошелся, — Не стоит создавать себе проблемы на пустом месте, Дах.
— Ладно…
— Пора бы уже тебе смириться. Сколько лет живешь уже тут? Пора поумнеть. Да, ты был свободным и стал рабом, как часть детей. Такая жизнь — не самая плохая уже просто потому, что она у тебя есть. Нам с тобой, в отличии от этих мальцов, хотя бы на Арене сражаться не надо.
— Тьфу… — сплюнул Дах-надсмотрщик в ответ на эту речь.
Он хотел едко заметить, что Тар'лах так говорит только потому, что родился рабом, но понял что это будет слишком, — тот обидится.
— Ладно, я успокоился, — сказал он спустя пару минут напряженного молчания, — Что с детьми? Как думаешь, когда их начнут выставлять на бои?
— Ну, во-первых, они пока даже близко не готовы. Если мне каждую неделю будут подкидывать новичков, то срок подготовки растянется, а во-вторых… я надеюсь что мне дадут хотя бы два года, как это делали всегда. А так… их сейчас растерзает любой зверь в Яме. Я уж не говорю про отсутствие навыков и слабую тренированность.
— Вечно тебе достаются самые маленькие… — сказал Дах.
— Я хотя бы их подготовлю нормально, не то что другие… у моих хотя бы выживаемость в Ямах больше.
Дах кивнул. Это было правдой. Прошедшие жесткие тренировки Тар'лаха чаще выживали в тяжелых боях.
— Единственное что может заставить Айгура раньше выпустить детей в бои — это успехи. Если этот чернорукий будет показывать слишком хорошие результаты, то это риск, что в Ямы он отправится первым. Все-таки, чем меньше бойцы — тем больший интерес они представляют, и тем больше денег приносят Хозяину.
С этим ничего поделать оба не могли.
— Увы…
Глава 72
Когда Зур'дах проснулся, то у него на миг возникло ощущение, будто проспал он целый день — настолько тело было разбитым. Однако, он с удовольствием проспал бы еще столько же. Вот только никто ни ему, ни остальным этого не дал сделать: однорукий колотил в небольшой гонг, стоящий у самого входа в казарму.
Этот звон ускорял пробуждение в десятки раз.
Зур'дах вскочил.
— Подъем, подъем!! Отдохнули уже! Встаем!
Казалось, Тар'лах испытывал особое удовольствие колотя по этому гонгу. Впрочем, едва поднялся последний гоблиненок, он сразу прекратил это.
Кайра от бессилия оперлась о его руку.
— Что, тоже все болит? — спросил Зур'дах.
Она кивнула.
Когда гоблиненок поднялся, то и сам понял, что болит каждая мышца, каждая связка — казалось, что даже кости болели.
— А ты как? — спросила Кайра.
— Лучше чем вы. — Зур'дах посмотрел на Тарка и Саркха, которые тоже еле двигались, морщась при каждом движении.
А не слишком ли нас нагрузили? — подумал он.
Часть других детей тоже пребывала в таком состоянии, однако, однорукого это совсем не смущало.
— Сейчас расходитесь и бегать будете, — уверенно заметил он, — За мной, у нас новая тренировка.
Зур'дах громко вздохнул, кто-то тихо выругался, кто-то сплюнул на пол, а Кайра сильнее привалилась к нему, ища опору. Впрочем, Тарк тоже схватился за него.
— Ноги… — протянул он с болью в голосе.
Дети потянулись за одноруким, немного беспорядочно и медленно.
Выйдя из казармы, они пошли в другую сторону от предыдущей тренировочной площадки.