Изучение оказалось неожиданно приятным, волнующим и затягивающим.
— ЯНА, — хриплый стон Владимира приятно ласкал слух.
— Ага…
— Ян.
Он легко перевернул ее… так нечестно!
— Моя очередь… — хрипло выдохнул он.
Это оказалось удивительно приятно, единственную заминку вызвал вопрос предохранения. Пришлось отвлекаться и сообщать о таблетках, которые пила по рекомендации гинеколога.
— Давай мы потом поговорим о врачах, — возмущенно сказала она.
— Больше не буду, — рассмеялся он.
А потом было удивительно приятно. Без феерических оргазмов, но с на редкость приятными ощущениями. Зря она лишала себя этого столько лет, ничего теперь наверстает.
Хотя некоторый дискомфорт ощущался, но это мелочи.
Душ. И уже разобранная кровать.
Яна пробежала по дому, убрала посуду, повесила выстиранные вещи, доделала самое нужное и устроилась в постели. А в голове мелькали разные мысли, что теперь делать, говорить, может он уедет? Надо проводить?
А потом он пришел в спальню в чем мать родила и устроился рядом.
— Ян, я сразу попрошу?
— О чем?
— Это милая пижамка, а нечего сексуальнее у тебя нет? Или давай вообще без нее?
Она растерялась, об это как-то не подумала. У нее бела более привлекательных ночнушек, обычно полученных в подарок от подруг, просто для дома они было не самым удобным вариантом.
— Ладно.
Выбраться из кровати и пару минут спустя Яна нашла миленькую синюю рубашечку с розочками, разрезами и длинной — только прикрывающей попу.
— Спасибо, — оценил он, судя по взгляду, слишком высоко.
Яна устроилась рядом. Полежала. Подумала. Чуть меньше одиннадцати, спать еще не хотелось. Яна повернула к Владимиру, лежащего с закрытыми глазами. Ее ладошка легла ему на грудь. Надо же, даже после загара ее кожа лишь сравнялась с его. И вообще она не все рассмотрела в первый раз. Не то чтобы Яна испытывала желание, но любопытство никуда не делось.
Вверх. Вниз.
— Ян, спим? — со смешком спросил Владимир.
— Спи, — отозвалась Яна. — Я тебе не мешаю.
— Уверена?
— Да. спи.
— Ладно, — рассмеялся он, и грудь заходила ходуном.
— Хм… не мешай.
Яна спустилась ниже. Занятно. А дальше Яна начала экспериментировать, будучи современной образованной девушкой, она догадывалась, что нужно делать. Владимир изредка подсказывал, направляя и показывая, как ему больше нравится.
Потом он снова ушел приводить себя в порядок, а Яна довольно улыбнулась. Немного практики и она все наверстает.
Уже после всех ванных процедур, Яна сползла в район подмышки и мигом заснула. Пожалуй ей это нравится.
Привычное утро, привычные дела. Вечер прошел под эгидой наведения порядка и освобождения уголка для Владимира. Он вернулся из деревни ближе к двенадцати, рассказал ходящей за ним по пятам Яне о детях. Заверил, что все у всех хорошо, и уже засыпая, уточнил — она все собрала для переезда? Какого переезда, хотелось возмутиться ей. Но объект для возмущения спал, и будить его ради ругани мешала совесть. Яна тут весь вечер освобождала место для него, а он предлагает ей переезжать? С какой радости?
Утром, за завтраком Яна подняла этот вопрос. Владимир, в смысле Вова. КА кон попросил себя называть удивился:
— То есть?
— Почему ты решил, что я переезжаю, а не ты сюда?
— Ян, там места больше, — заметил он осторожно.
— И что?
— Йорик, помнишь?
Зверюгу она не учла. А ставить здесь тот огромный террариум, правда, некуда.
— Но все равно…
— Ладно, давай я пака перееду, — согласился он.
— Договорились.
На своей территории ей было комфортнее.
А вечером Вова поразил ее до глубины души, он принес розу и пригласил ее на свидание. Все хозяйственно — бытовые мысли, что купить, забрать машинку, разложить вещи, сразу покинули голову. На свиданиях она не было уйму времени.
Прогулка по набережной. Ужин в ресторане. Разговоры друг о друге. Мысли, планы, чувства. Это оказалось неожиданно и приятно. Это вызывало грусть и нотку сожаления об упущенном времени и возможностях. Но как замечательно сейчас.
А вечером Яна настойчиво требовала, что ей предоставили инициативу. Как она будет учиться если не дают возможности для самовыражения? В следующий раз ей клятвенно обещали полное подчинение.
Привычные утренние завтраки, дорога до работы.
Вова. Вова. Вова…
Она твердила это как мантру, сложнее всего оказалось не говорить это вслух, а правильно называть про себя.