- О, снова благодарю. Но с чего такая щедрость? - Я и правда недоумевал - на Валлекса это было нисколько не похоже. Хорой, Хорой - ну что же ты творишь? Человек, который три года был мне за друга и брата, в твоих объятьях превратился в моего заклятого врага. А тот человек, который показался мне вначале корыстным себялюбцем, делает для меня то, что сделал бы только друг.
- Я, хм... - Валлекс смутился перед ответом. - Я просто, хм, оплачиваю перед тобой свои, хм, долги, - как-то неопределенно ответил он.
- Долги? Передо мной? - удивился я.
- Да. - Валлекс кивнул, и на его лице я увидел нечто прежде невиданное - выражение виноватости. Он чувствовал себя виноватым передо мной? Но... за что?
- Ну, во-первых, сегодня, на той самом кладбище... Я так и не смог наложить на тебя заклинание "холодного сердца", - несколько смущенно ответил он.
- Не смог? Почему? - вырвалось у меня.
- Я был слишком далеко от тебя, - с неохотой признался он. - Как только я увидел, что дело идет к бою, то тут же убрался подальше. Ты же знаешь, что лишнего риска я не люблю. Когда ты крикнул, я начал подбираться к тебе поближе, но бой закончился раньше, чем я подошел на нужное расстояние.
Валлекс пожал плечами, но я его уже не слушал - я вспоминал минувшую битву. Значит, Валлекс не накладывал на меня никакого заклинания? Тогда что же это было? Что-то тогда помогло мне собраться. Собраться и победить. И если это не Валлекс, то кто? Может, это я сам?
Вопрос, на который я должен найти ответ. Кстати, об ответах.
- А что во-вторых, Валлекс? - спросил его я, отвлёкшись от своих размышлений.
- Во-вторых? - удивился маг разума.
- Ты сказал "во-первых". Значит, должно быть и "во-вторых", - пояснил я.
И тут на лице Валлекса отразилась целая буря чувств. Вначале это было неопровержимое чувство вины. Затем - чувство отчаянной борьбы. И под конец на его лице воссела привычная маска холодности и равнодушия.
- Много будешь знать, плохо станешь спать, - язвительно отозвался он. - Все, я занимаюсь Угнаном, - добавил он, и, подойдя к лошади, принялся проверять, не сползет ли во время пути наездник.
Смена эмоций Валлекса сильно меня удивила. Ого! Насколько я знаю, нужно очень постараться, чтоб Валлекс настолько смутился. Значит, все-таки было что-то еще. И это что-то было весьма серьезным. Какой же еще долг передо мной так хотел погасить мой расчётливый напарник-работодатель?
Я напрягся, стараясь быстрее найти ответ. Ведь что-то же должно быть. Точно должно. Точно...
И до меня вдруг дошло.
- Валлекс, - тихо протянул я, ошарашенный настигшей меня догадкой. - Ведь вы тогда это подстроили.
- Что подстроили? - не понял он вначале.
- Мое спаивание. Мой долг. И то, что я стал твоим наемным работником, - чуть громче ответил я.
- Не понимаю, о чем ты, - прохладно ответил маг.
Но меня уже было не остановить - все несостыковки того дня наконец-то сложились в моей голове.
- Я мало что помню о той ночи, когда я напился. Но что я отчетливо помню, так это - женские слова, поощрявшие меня выпить еще и еще. "Пей, касатик, пей" - так они звучали. Да, именно так. А ведь "касатик" -- это любимое словечко твоей тётушки, Валлекс.
- Это ничего не доказывает, - с апломбом ответил он.
- Одно это - нет, - согласился я. - Но когда я поднялся к тебе, когда я к тебе вошел, ты назвал меня по имени. Сразу - и по имени, - уверенно напомнил я ему. - И ты знал не только мое имя, а то, кто я и что я. А я был в этом городе всего лишь первый день. Всего лишь первый день, Валлекс.
Я поднял на него осуждающий взгляд. Маг продолжал невозмутимо глядеть в небеса.
- Я до сих пор не понимаю, как и зачем вы это провернули, но я точно знаю, что это вы провернули это. Вы, оба, - с вызовом бросил я. - Как ты мог это сделать, Валлекс? Как... вы оба... могли?
- Могли, - криво усмехнулся маг разума, и, хлопнув лошадь по крупу, неспешно повел ее в темноту городских улиц.
Я же остался стоять на месте. Холодный ночной воздух приятно освежал разгорячённую голову, помогая укладывать мысли и чувства. Только что я должен был думать? Что я должен переосмыслить, чтоб вновь не попасть впросак? Какие сделать выводы, какие принять уроки? Может, мне стоит стать менее радушным? Может стать менее доверчивым к людям? Может, мне стоит прекратить любезничать со всеми и думать только лишь о себе? Может мне нужно стать куда более суровым и расчётливым?
Нет - все это слишком сложно. Для меня - слишком сложно. Но что мне точно нужно сделать, так это научиться разбираться в людях, и не спешить называть кого-то своим другом.
Да, это я точно могу и должен сделать, ибо жизнь в городе показала, что это - правильно. Чему ж ты еще меня научишь, а, Хорой?
<p>
КОНЕЦ</p>
1
<p align="right">
</p>
<p>
</p>