— Я оставила его в… там, — она чуть не сказала «в шкафу», но вовремя остановилась и не выдала врагу.
— Чтоб я тебе ещё раз доверил такой важный артефакт, — проворчал чёрный лис и покачал головой, но злым он не выглядел. Зато нуна начала возмущаться:
— А где мне его было оставить? Не таскать же с собой, чтобы меня тут же поймали?
Они словно забыли, что сейчас их окружали аккымы в телах монахов.
— Только ты можешь очищать аккымов, глупая ты принцесса.
— Ю Сынвон, ты предлагаешь мне вернуться за ним?
— Всё в твоих лапах, — в потемневших глазах появился хитрый блеск, — я могу лишь убивать их. Если хочешь спасти, то дуй за гохэем и не теряй его больше.
— Чтоб тебя!
Она вдавилась спиной в тело Сюаньму и напрягла задние лапы, а затем оторвалась от пола и со всей силы помчалась через приближавшихся врагов. Они не успели среагировать, как белоснежный вихрь пролетел мимо них и скользнул в дверной проём. Нуна на мгновение обернулась и выкрикнула:
— Рури, не пострадай там!
И после этих слов понеслась по коридору.
Сюаньму не умел драться и не имел опыта реальных сражений, тем более в теле дракона. Он привык расставлять ловушки и ждать нечисть в укрытии, а сейчас при нём даже не было талисманов. За оставленные в горах Сонгусыля чётки он испытывал стыд перед покойным наставником.
Генерал Ю в теле чёрной лисы повернул к нему голову и отдал распоряжение:
— Я разберусь с Шуэджэнем, а ты просто старайся отбиваться от остальных аккымов. Прикрывай меня.
Он говорил негромко, но наверняка все монахи… вернее, аккымы расслышали его слова. Они издали боевой клич и кинулись на чёрного лиса, но тот ловко ушёл в сторону, оббежал их и запрыгнул на длинное тело Сюаньму. Пробежав по тёмно-синей спине, он кинулся на «главу» Сюэжэня.
Сюаньму успел заметить, как обезумевший перепуганный взгляд переменился на насмехающийся. Что бы это ни значило, он не хотел потерять генерала Ю, поэтому решил действовать наобум.
Чёрный лис впился зубами в руку с мечом, но в этот момент Сюэжэнь засмеялся и замахнулся левой, в которой под широким рукавом припрятал кинжал, что сверкнул перед глазами. Прочную драконью чешую оружием просто так не пробить, поэтому Сюаньму бросился вперёд, между врагом и генералом.
— Нет! — вскричал последний, выпустив руку Сюэжэня. — Он может ранить драконов!
Тогда Сюаньму просто перехватит его зубами!
Он попытался развернуться, чтобы не использовать тело как щит, а устремился вперёд. Распахнул свою огромную пасть, но Сюэжэнь отступил назад и усмехнулся.
— Его тело острое, как клинок. Он может прорезать твою чешую даже ногтями.
Слова генерала Ю заставили Сюаньму вздрогнуть, но не испугаться и сбежать.
— Что тогда делать?
— Либо использовать гохэй, либо я сам его убью, — прорычал генерал Ю, из его пасти на пол капала кровь. — Не приближайся, только отбивайся от других аккымов.
Солнечный свет через окна проникал в просторное помещение. Сюаньму отвернулся от Сюэжэня и генерала и устремил свой взор на аккымов в телах монахов, два десятка мужчин и несколько женщин злобно скалились и подступали к нему.
Тёплые лучи солнца пригревали тёмно-синюю чешую, а перед глазами вдруг всплыли слова нуны.
Благосклонность луны даёт нам силу.
С защитой солнца мы несокрушимы.
В груди разлилось тепло, а энергия новым потоком пронеслась по его меридианам. Он понял, что означали эти слова.
Сюаньму завился, как змея, и поднялся над землёй, а затем резко расползся по всей комнате, толкнул монахов своим телом со всей силы. Они не просто ударились, а с всплеском отлетели и закашлялись. Помещение заполнила вода.
Сюаньму не до конца понимал, как призвал её, но знал, что сделал это собственными силами.
Теперь над тёмной водой летал не синий дракон, а золотой.
Это он был солнцем, защищавшим лис.
А нуна была луной, способной спасти мир от злостных аккымов и, возможно, даже возродить родину.
Даже если изначально в этих словах подразумевались верховная лиса и её защитник золотой дракон, то сейчас в живых остались лишь нуна, генерал и сам Сюаньму. Последний был готов на всё ради нуны. Только сейчас жизнь начала обретать свои цвета и наполняться смыслом, у Сюаньму наконец-то появилась цель. Он больше не желал слепо следовать за словами шифу и подчиняться другим, а сам по собственной воле и от всего сердца хотел защищать свою нуну.