— Господииии….что же все так сложно то!
А если попросить его самого отнести Молчуна к остальным детям? И сказать, что я расскажу ему все, когда он вернется…
Дальше развить эту тему у меня не получилось, потому что я поняла, что мое время вышло, ощущая. что Тайга уже где-то близко.
И как бы я не готовилась попрощаться со своим малышом, а сердце сдалось так невыносимо больно, словно его окутали колючей раскаленной проволокой, чьи шипы впивались до самого нутра, отчего колени задрожали, как и нижняя губа, которую я отчаянно прикусила, чтоб сдержать себя в руках.
Я уже буду мертва к тому времени, когда за мной придет Палач… мое сердце останется с малышом. потому что ни одна мама по своей воле не отдаст то, ради чего она живет.
Может, так будет лучше и к Палачу выйдет лишь пустая телесная оболочка в раной в груди, где теперь будет пусто.
Я не вздрогнула, когда услышала осторожный шорох за окном, которое выходило на противоположную часть дома от той части, где расположился со своим костром, орешками и грибами Янтарь.
Умно, конечно! Так он не увидит Тайгу сразу, но ведь почувствует!
— Ты рано! — зашипела я на девушку. стоило ей только осторожно влезть в окно, словно это каким-то образом могло спасти наше глубоко конспиративное дело от вездесущего Янтаря и его золотых глазищ! И пары секунд не пройдет, как он по варварски вломиться внутрь, чтобы узреть своими собственными глазами, что его нюх не подводит, даже если мозг явно коротнет при виде нашей рыжеволосой парочки двух гребанных агентов 000, которые были не способны даже просто вынести ребенка из дома без лишних свидетелей!
Ей-богу в моей голове носились шальные мысли о том, хватит ли сил у Тайги, в которой было достаточно медвежьей крови, чтобы шарахнуть сковородкой Янтарю с такой силой, чтобы вырубить его хотя бы ненадолго!
Конечно же, я не хотела, чтобы он пострадал!
Но лучше пусть ходит с шишкой на голове, чем останется без головы совсем!
— Мы же договорились, что ты придешь перед рассветом!
Тайга как обычно была крайней немногословной и до безобразия спокойной, не потрудившись даже просто кивнуть мне, но отправляясь прямиком в спальню, где спал мой кроха.
Я даже руками всплеснула, двигаясь за ней и постоянно пытаясь заглянуть через плечо в ее глаза:
— Что теперь с Янтарем делать будем?! Он же вломиться сюда паровозом с минуты на минуту!…
В моменты, когда ты близок к истерике и лютому рукоприкладству. такая вот невозмутимость, как была у Тайги в эту секунду, выводят из себя лишь еще сильнее! Пока мне казалось, что у меня мозг пойдет трещинами и голова лопнет, выпуская струю пара до самых небес, эта девушка без особой торопливости аккуратно достала из гнезда Молчуна, ловко и явно со знанием дела завернув его в один из приготовленных пледов, оборачиваясь ко мне, чтобы кивнуть на одежду, разбросанную на полу:
— Оденься и выходи.
— И это всё, что ты хочешь мне сказать?!
Ей-богу я была готова перейти на визг, наблюдая, как Тайга просто кивнула в ответ. размеренно двинувшись к тому же окну, через которое вошла, бережно прижимая к себе Молчуна, и оборачиваясь лишь на долю секунды, чтобы прошептать, чуть улыбнувшись:
— И ничего не бойся.
Я была слишком сосредоточена на Тайге и своем бешенстве. И в этом была моя большая проблема!
Потому что тогда бы я почувствовала немного раньше, что теперь проблема не в Янтаре.
Вернее, не в нем одном!
— ТАЙГА! — прохрипела я так, что это было бы оглушительным криком, если бы только не нужно было привлекать лишнего внимания, — Ты же обещала помочь!
— Я помогаю.
Уже выпрыгнув через окно, девушка обернулась ко мне, прежде чем скрыться в лесу, еще раз кинув:
— Оденься, чтобы потом было не стыдно.
Стыдно?!
Вслед Тайге мысленно полетели как минимум с три десятка отборных ругательств, на какие я только была способна, почему-то кинувшись первым делом к одежде, проклиная девушку, которую едва знала и которой доверилась. Напрасно!
— ….Господи, хоть бы с Молчуном все было хорошо!
По крайней мере, утешало только то, что с малышом она обращалась ловко, но осторожно. Про остальное думать пока не получалось, когда я прыгала на одной ноге, натягивая на себя штаны, водолазку, и валенки, чтобы потом вывалиться на улицу.
Вернее не вывалиться сразу, а застыть на пороге, застучав зубами оттого, что меня в прямом смысле подкосило от переизбытка тестостерона, который теперь буквально окружал дом, словно невидимый кокон.