— Добро пожаловать в Нуссдорф, — сказал он дружелюбно. — Чем могу помочь?
Унтерштурмфюрер достал из кожаного планшета подробную карту Аттерзе и окрестностей и развернул её на столе перед Визингером. Несколько мест были обведены красным карандашом. Некоторые из них перечёркнуты. Со своего места Визингер не видел, отмечен ли таким кружком Нуссдорф. «Если он обведён кругом, — подумал он, — то тоже наверняка зачёркнут, чтобы этот круг ни обозначал».
— У вас есть пещеры? — спросил офицер и резко посмотрел на Визингера.
— Пещеры? — Визингер быстро провёл рукой по лицу и шагнул вперёд. — Какие пещеры?
— Глубокие, просторные, защищённые от бомб, сухие, проветриваемые пещеры…
— Проветриваемые… У нас таких нет. Откуда в Нуссдорфе могут взяться проветриваемые пещеры?
— В окрестностях! В горах! Трехсот квадратных метров достаточно.
— У нас нет трехсот квадратных метров проветриваемых...
Офицер энергично махнул рукой. Секретарь втянул голову в плечи и с тревогой посмотрел на Визингера. «Карл, будь осторожен. Если он заметит, что ты его обманываешь…»
— Здесь же везде пещеры. — Унтерштурмфюрер опять склонился над картой. — Соляные шахты, сталактитовые пещеры…
— Но они все сырые, — вежливо ответил Визингер. — Хотя и проветриваемые… «Очень хорошо!» — довольно подумал он, когда офицер красным карандашом зачеркнул круг, которым был обведён Нуссдорф. — Такие пещеры есть. Ну и что?
— Вы знаете эти пещеры?
— Конечно. — Визигер сделал широкий жест рукой. — Есть неподалеку от Дахштайна, а еще в Холленгебирге их хватает, в Зальцбурге есть соляные шахты. Зачем вам пещера?
— Неважно.
— Вы хотите что-то поместить на хранение? Так есть же склад… в Альтаусзе.
Офицер поднял голову.
— Что вам известно про Альтаусзее? — резко спросил он.
Визингер услышал в его голосе угрозу.
— Где-то слышал…
— Забудьте раз и навсегда всё, что слышали про Альтаусзе, господин бургомистр. — Унтерштурмфюрер свернул карту и убрал её в планшет на поясном ремне. — В Холленгебирге, вы сказали? Спасибо. Как там дорога? Можно проехать?
— Дорога? — Визингер с трудом удержался от смеха. — В это время года? Желаю удачно добраться.
Офицер выпятил нижнюю губу, бросил короткий взгляд на секретаря, сердито буркнул «Хайль Гитлер!» и вышел. Секретарь и бургомистр наблюдали из-за занавески за отъездом колонны.
— Они хотят что-то спрятать, — сказал секретарь. — Карл, они хотят устроить здесь «Альпийскую крепость». Возможно, здесь состоится финальное сражение. Вот дерьмо!
— Подождём. — Бургомистр напряжённо смотрел на заснеженную дорогу. — Сейчас всё меняется каждый день…
3 мая 1945 года в деревне Целль неподалеку от Нуссдорфа закрепились подразделения вермахта и солдаты СС венгерского дивизиона, чтобы остановить продвижение американцев. Третья и Седьмая армии США вошли в Австрию через Розенхайм, Зальцбург, Браунау и Линц. Серьезного сопротивления они не встретили — «Альпийская крепость» оказалась лишь легендой.
6 мая 1945 года в половине первого дня в Нуссдорф вошла первая колонна танков Третьей армии США. Немецкие войска оставили Целль без боя.
Очаровательная деревушка на Аттерзе облегчённо вздохнула. Война миновала ее, деревня не пострадала, даже негры оказались дружелюбными и угощали детей печеньем, фруктовыми батончиками и шоколадом.
Стоял прекрасный майский день. Озеро блестело на солнце. Вдали несколько рыболовецких лодок ловили гольца и сига. В палисадниках цвели примула, тюльпаны и анютины глазки. На церковных башнях звонили колокола. Мир ещё не наступил, но в Нуссдорф пришла спокойная жизнь. Девятого мая 1945 года ровно в полночь война закончилась.
10 мая Михаил Вахтер стоял перед зубчатыми башнями входа в замок Райнхардбрунн в американской офицерской шинели и немецких солдатских сапогах. В джипе за его спиной рядом с агентом секретной службы, жующим жевательную резинку, сидела Яна. На ней было тонкое шерстяное платье и шарф для защиты от ветра во время езды, чёрные волосы собраны сзади и перевязаны красной лентой.
Вахтер не стал подходить к решётчатым воротам замка. Американский комендант уже сообщил, что после захвата замка в нем не обнаружили двадцать больших ящиков. Нашли множество разных вещей, но не двадцать ящиков.
— Ну вот и всё! — сказал он. Его левое плечо немного опустилось, это было особенно заметно при ходьбе. — Никто ничего не знает. Янтарная комната исчезла.
— Мы найдём её, Михаил Игоревич. — Яна наклонилась к нему и провела рукой по щеке. Она сказала это по-русски, и американский солдат за рулём джипа выплюнул жевательную резинку через ветровое стекло. Победа была общей, но не всем это нравилось. — Мы как волки пойдем по следу.