Керика была одета в неизменные черные брюки, небрежно заткнутые в короткие сапоги, и белую рубаху, расстегнутую чуть ли не до пупа. Однако, несмотря на небрежный внешний вид и ранний час, лицо чародейки выглядело весьма отдохнувшим и даже умиротворенным.
– Доброе утро, тетушка. – Гвинейн наконец встала в полный рост и расправила платье.
– Доброе. – Керика скользнула по ней беглым взором из-под полуопущенных ресниц и возвратилась к созерцанию знаков и магических формул. – Отличная работа, детка. Могу тебя похвалить. Но, увы, ты напрасно старалась.
– Это еще почему? – Адептка встала подле нее.
– Ты не могла спасти Академию в одиночку. Ты ведь и сама поняла? – Керика повернулась к племяннице. – Твои записи верны. Я уже трижды перепроверила.
– Мне все равно. – Адептка дернула плечом. – Потому как я мало хорошего от них всех видела.
Мастер над рунами покачала головой в ответ.
– Если бы тебе было все равно, ты бы не занималась этими формулами столько времени, – спокойно сказала она. – Не кори себя. В том, что выжила ты, а не они, твоей вины нет.
Керика повернулась к племяннице и обняла ее, прижимая к себе. Гвин привычно уткнулась лицом в шею тетки. Замерла, окутанная ароматами южного солнца и спелых апельсинов.
– Отпусти себя, девочка, – шепнула чародейка и погладила племянницу по голове. – Отпусти. И живи дальше.
– Мне ужасно тебя не хватало все эти годы, – признание сорвалось с губ само собой.
Керика отстранилась, чтобы взглянуть на Гвинейн. Вероятно, проверяла, плачет ли она. Но Гвин не плакала. Она была тиха, как утреннее море после ночной бури.
– И снова я должна от тебя уехать, – вздохнула мастер над рунами. – Но я нужна Авериусу. Прости меня, дорогая. Ты у меня такая сильная выросла. Я тебя хорошо воспитала. – Керика ободряюще улыбнулась. – Но вот Авериус без меня не сможет. А он у нас теперь архимаг и ректор. Мне придется возвратиться с ним в Идарис, моя крошка.
– Понимаю. – Гвин зажмурилась. – Пригляди там за Ивом, пожалуйста, хорошо?
– Конечно. – Керика отстранилась.
Она ободряюще улыбнулась племяннице. Пригладила алые волосы. Ласково коснулась ее лба и щек. Взгляд остановился на розоватых пятнах, что отчетливо выделялись на нежной коже. Чародейка невольно усмехнулась своим мыслям, но воздержалась от замечаний.
– Пойдем вниз, приведем тебя в порядок, – сказала она, поднимая с пола масляный фонарь.
Гвин послушно побрела за тетушкой вниз, туда, где уже вовсю кипел чайник. Адептка придвинула к столу оба стула с высокими спинками и присела на край одного из них, наблюдая за Керикой. Та без лишней суеты водрузила фонарь на середину стола, сняла чайник с огня с помощью свернутого полотенца и разлила по чашкам ароматный отвар.
Воздух насытился тугим ароматом жареных орехов и жженого табака, терпким и навязчивым настолько, что Гвин с недоверием приподняла бровь.
Керика вылила в одну из чашечек содержимое узкого матового пузырька, отчего отвар приобрел насыщенный черный цвет. Затем секунду подумала и опрокинула другой пузырек. Придвинула чашку племяннице.
– Пей. Ты должна выглядеть отдохнувшей и бодрой, а не…
Мастер над рунами выразительно поджала губы, усаживаясь напротив Гвин.
– Пей, говорю. И нечего так на меня смотреть. – Керика отправила в рот кусочек сыра.
Гвинейн тяжело вздохнула, подвигая к себе чашку. Она наклонилась, чтобы не брать в руки горячий предмет, и отхлебнула крошечный глоток. Отвар оказался горьковатым, но вполне приятным на вкус. К тому же добавленные в него зелья немного остудили его. Поэтому Гвин все-таки взяла чашку и сделала еще один глоток побольше, уже без опаски.
– Недурно, – заметила она, причмокивая губами в попытке разобрать состав. Ни одного знакомого ингредиента. – Что-то из твоих южных странствий? У меня потом хвост не вырастет?
– Нет, – невозмутимо ответила Керика. – У тебя ничего. А вот у Кевендила точно вырастут рога.
Гвин поперхнулась. Закашлялась, отводя глаза. Чуть не опрокинула содержимое чашки на свое красивое платье.
Чародейка неторопливо съела еще один кусочек сыра, дожидаясь, пока племянница немного справится с эмоциями. И лишь когда Гвин наконец соизволила одарить ее хитрым взглядом, пряча улыбку за несчастной чашкой, откинулась на спинку стула и негромко спросила:
– Могу я узнать, где ты провела эту ночь, что тебя никто отыскать так и не сумел?
– В сокровищнице, – без тени лукавства ответила племянница.
– Вот оно что, – задумчиво протянула Керика. – Занималась сложными подсчетами на благо королевства, стало быть.