– Что, еще новости? – дед Иван нахмурился и посмотрел на Людмилу Васильевну.
– Этот, второй пострадавший, которого Сергей сбил… Это Смирнов, Любашин бывший муж.
– Что?! – дед Иван не поверил ушам.
– Знаешь, у тебя и самого вид нездоровый! – спохватилась Людмила Васильевна. – Сейчас я тебе капель накапаю, не с твоим сердцем такое переживать.
– Да не беспокойся, я в порядке, – ответил задумчиво дед Иван. – Не надо капель.
Люба вернулась к деду под чутким присмотром Борисова и опустилась на стул рядом. Иван Савельевич решил пока повременить с новостью, которую только что узнал от старшей медсестры.
– Ну что, как он? Ты сама как?
– Дедуль, за меня не волнуйся, все нормально. Сейчас в город поеду вместе с Сергеем. Можешь домой сходить, вещи мне принести кое-какие?
Вечер этого дня Люба встречала в городской больнице. С ней рядом сидела мама Сергея, Алевтина Михайловна, судорожно сжимавшая руки. Женщины ожидали, когда закончится операция и доктор сможет сказать им что-то о состоянии Сергея.
Люба смотрела в окно и думала, что вот так случается в жизни, что Сергей, сам работающий в одном из отделений этой больницы, стал теперь пациентом…
Глава 37
Алевтина Михайловна поражалась Любиной стойкости, о чем ей прямо и говорила. Иван Савельевич уехал в Богородское, а Люба осталась вместе с Сильвером в квартире у Сергея. Правда, туда она приходила ненадолго – приготовить себе нехитрый обед, покормить кота и немного отдохнуть. Коллеги Сергея делали для него все, что могли, и он довольно быстро поправлялся, дела его были неплохи, о чем Люба рассказывала Алевтине Васильевне понятным для обычного человека языком. Вообще, они со свекровью очень поладили, а случившееся несчастье еще сильнее сблизило двух женщин, и теперь Алевтина Михайловна старалась во всем помочь Любе… и очень боялась за ее здоровье и здоровье будущего малыша.
Ну а Люба не позволяла себе раскисать, беременность будто удвоила ее силы. Только вот беспокойства ей добавляла ситуация со вторым пострадавшим в этой аварии, с Олегом. За жизнь его можно было уже не бояться, он успешно перенес операции и теперь уверенно шел на поправку в той же больнице, где лежал и Сергей. Люба уже выведала, что попал Олег в больницу после аварии в состоянии опьянения, и теперь она надеялась и уповала на справедливость…
Однажды, когда Люба вышла в холл больницы, погрузившись в раздумья от того, о чем они с Сергеем только что разговаривали, она устало присела на стул.
– Что, доигралась? – раздался вдруг рядом с ней знакомый до дрожи голос Галины Николаевны. – Я так и знала, с самого начала говорила, что не доведешь ты до добра моего сына! Так и случилось! И знай – ты в этом виновата, ты, и больше никто! Из-за тебя это все! А ведь я тебе говорила, советы давала! Ты же умная самая, не слушала меня никогда.
– Да заткнетесь вы когда-нибудь или нет?! – Люба встала с жесткого больничного стула. – Вас послушать, так все кругом виноваты, а вы одна самая умная! Что-то не вижу в вашей жизни ничего такого, чему можно было бы позавидовать и начать следовать вашим советам!
– Ты… ты что себе позволяешь?! – Галина Николаевна даже заикаться начала от неожиданности. – Мало того, что муженек твой сына моего сделал калекой на всю жизнь, так еще и ты меня оскорблять вздумала?!
– А как сынок ваш в пьяном виде попал на пустое шоссе, да еще и в такой дождь? Этим вопросом вы не задавались? Все, хватит! Если вы еще раз позволите себе заговорить со мной в таком тоне, я буду принимать меры, и после на меня не обижайтесь! Вы нападаете на беременную женщину, обвиняете меня во всех грехах, по какому праву?!
– Любаша, успокойся! – к Любе подошел Андрей Игнатьевич. – Что случилось? Галина, ты снова за свое?! Я тебе уже говорил, что этого терпеть не стану! Ты ведешь себя как вздорная, сумасшедшая баба!
– Андрей! – глаза Галины Николаевны наполнились слезами. – Как ты можешь защищать эту… эту… Она погубила нашего сына вместе со своим новым мужем! А ты…
– Хватит, я сказал! Любаша, ты прости нас. Что бы там тебе ни наговорила Галина, это неправда. И я всегда считал, что если бы Олег не был таким идиотом и если бы он был с тобой, то ничего подобного с ним не случилось бы!
– Спасибо вам, Андрей Игнатьевич, – Люба благодарно посмотрела на бывшего свекора, который очень сдал за то время, пока она его не видела. – Спасибо за все.
– Да как ты смеешь! – закричала Галина Николаевна на мужа, лицо ее побагровело. – Тебе кто дороже: эта мерзавка или собственный сын?! Или, может, у вас с ней любовь? А?