Хозяин таверны
Глава 13. Лавка "Диковинки"
Солнце клонилось к закату. Город Элирион, шумный и безликий, обрушился на Леру лавиной запахов, звуков, взглядов. Она смотрела вокруг, сжимая руки так, будто боялась, что город утащит её в свой водоворот.
А город был живым организмом: разносчики с корзинами апельсинов, пахнущих солнцем, лавки, торгующие зельями, бегающие дети. Вместо сонного спокойствия ее родного городка здесь чувствовались деловитость и суетливость. Впереди на мостовой торговец толкнул мальчишку-воришку. Он упал, но никто не остановился. Никто, кроме старой женщины, бросившей ему краюху хлеба. «В нашем городке такого не было…» — подумала Лера, чувствуя, как сердце ее сжимается и замирает. В её мире каждый имел имя, а здесь люди превращались в серую безликую массу.
Лера шла по широкой улице, вымощенной белыми камнями, растерянно осматриваясь по сторонам, силясь по описанию хозяина таверны отыскать лавку. Улица была засажена деревьями, здесь росли акации, липы, каштаны. Небольшой скверик украшали клумбы с яркими цветами и высокие фонари, созданные местными умельцами. Впервые Лера увидела фонтан, из которого вырывались тысячи струй, переливаясь всеми цветами радуги. На причудливо изогнутых скамейках отдыхали нарядно одетые люди. Встречавшиеся прохожие не обращали на нее никакого внимания. Чувства спутались в душе Леры: страха, растерянности, облегчения, восхищения...
Лавка «Диковинки» пряталась в переулке за фасадом, увитым виноградной лозой. У входа висели фонари в виде сов. Лера замерла на пороге, вдыхая воздух, пропитанный ароматом ладана, старой бумаги и чего-то электрического, словно здесь хранились молнии в банках.
— Заходи, не стой на ветру, — раздался голос из глубины. Мелодичный, с хрипотцой, будто его обладательница долго не пила воды.
Лера вошла и осторожно огляделась. Внутри лавка оказалась скоплением чудес: магические светильники, защитные амулеты, шкатулки, зеркала, украшения, книги. Хозяйка, высокая женщина в платье как из серебристой паутины сидела за прилавком, разбирая колоду карт с золотыми краями. Её волосы, цвета воронова крыла, были украшены шпильками в форме лунных серпов. Она щёлкнула пальцами, и дверь захлопнулась за Лерой:
— Ты пришла за работой или за ответами? — спросила она, не поднимая взгляда.
— И то, и другое, — ответила Лера, сжимая янтарный осколок в кармане. Он дрогнул, будто узнавая родственную душу. — И за тем, чтобы быть полезной, — Лера почувствовала, как Голос тянется к полке с амулетами. — Мне о вас рассказал Вальтер.
Хозяйка наконец посмотрела на неё. Ее глаза, синие как ледники, светились холодным любопытством, но, казалось, видели сквозь время. Лера почувствовала, как невидимые нити опутали её душу, сканируя каждую трещину.
— Ты пахнешь звёздной пылью и слезами, — произнесла женщина, вставая. Её шелковое платье, сшитое по последней моде, шуршало при каждом движении. — И ещё... Бездной. Интересный коктейль.
— Проверь вот это, — хозяйка небрежно бросила ей кольцо с чёрным камнем. — Скажи, что в нём.
Лера сжала кольцо в кулаке. Видение ударило волной: проклятие, голод, ребёнок, плачущий в колыбели.
— Его носил тот, кто забрал больше, чем мог отдать. Здесь смерть.
— Браво, — женщина удивленно улыбнулась, и её лицо внезапно стало теплее. — Меня зовут Аэлита. Ты останешься, если научишься молчать о том, что увидишь. Будешь оценивать артефакты и предупреждать клиентов... о последствиях.
— А платить мне будете чем? — Лера подняла подбородок.
— Золотом, знаниями или защитой. Выбирай.
— Свободой, — ответила Лера, и Аэлита рассмеялась, будто услышала давно забытую шутку...
Комната Леры над лавкой оказалась уютным гнёздышком: дубовый пол, застеленный ковром с восточными узорами, кровать с горой подушек в бархатных чехлах, и окно с видом на закат. Ванная комната была личная. Лера сняла грязную одежду, которую не снимала два дня, постирала ее и долго плескалась в теплой воде, смывая тревоги, неудобства и передряги дороги. Нервозность и страх отступили, внутри разлилось такое теплое, уютное спокойствие, что она быстро забылась сном младенца в чистой удобной постели.