***
Висельник, изображенный на карте в руках королевы, одет в белое. Мой же супруг, на которого я смотрела сейчас, предпочитал черный цвет.
Вода в ритуальной чаше оставалась совершенно безмятежной и прозрачной. Невзирая на кровь, которая проливалась сейчас в мире веров.
Лишь на мгновение я оторвала взгляд от прозрачной глади, посмотрев на матушку и на Мирабеллу. Леди Сиенна, в синем шелковом платье, со спиной безупречно-прямой, спокойно сидела в кресле, скрестив руки на коленях. В ее пальцах белела любимая трубка из костяного фарфора. Ее Величество же, облокотившись о стол, с мягкой улыбкой наслаждалась картинами боли и насилия. Королева расслабленно курила, и пряный дым растворялся в воздухе.
Я была невероятно напугана. И я никогда не любила своего супруга больше, чем сейчас, потому как осознавала, ради кого он сражается.
Он будет возвращаться к нам столько раз, сколько будет необходимо, напомнила я нашему ребенку.
Лука, Дьяр и Хаиш со своими воинами, несомненно, хотели принять участие в бою — но это был не их бой. Потому светлый и дракон со своими прелестными супругами, стоя за нашими спинами, молча взирали на разрушения, которые творили дроу и вампиры. Анна же явно боролась с желанием спрятать лицо на груди Хаиша, но все же смогла успокоиться. Я чувствовала, что рыжеволосая красавица сделала это из упрямства, желая, чтобы супруг и сын гордились ее стойкостью, но я считала, что сила Анны в доказательствах не нуждается.
Слегка обернувшись, на несколько мгновений я протянула Анне руку. Улыбнувшись, она сжала мои пальцы.
- Не бойся, - сказала я.
Хаиш обнял свою женщину еще крепче.
Двери распахнулись, и в Малахитовый зал вошел Камео. Он подошел к королеве, пахнущий кровью и войной чужого мира. Мирабелла склонила голову к плечу, и жрец что-то сказал ей. Ее Величество кивнула, и Камео удалился.
- Кейт в порядке? - спросила я, повернувшись к королеве.
- Насколько это возможно, - усмехнулась Мирабелла.
Прекрасно.
Мне хотелось поговорить с вампирессой, но как могла я оставить своего супруга? Дроу, которые появились в мире веров, и вампиры, предводительствуемые Ашером, разнесли бы его на оскоки — без сомнений. Только договоренность, скрепленная кровью, их сдерживает. Что касается Миррэ — Миррэ в бою была прекрасна, и ее кнут жалил, будто змея. Двусущие были неистовы и бесстрашны, но они не могли противостоять безжалостной жестокости истинной цели.
Равновесие, на самом деле, - очень жестокий принцип. Не все Красные пошли за своим командиром, и они были убиты. Победители всегда правы, так говорят, а у армии двусущих не было шанса стать победителями.
Ашер смыл кровь командующего торфяным виски, которое нашел в кабинете Дарисса, коснулся рун на лице - и сразу же вновь стал собой. Будто через огромные расстояния, я услышала, как мой супруг дал знак Уарду Кассу: пришло время возвращаться.
Это было так… странно: бой схлынул, будто ледяная соленая вода. Звон оружия в сознании Аларика умолк. Странно, хоть я и знала, на что была сделана ставка. На ложь. Ложь, будто именно Уард Касс принес двусущим мир с дроу и вампирами.
- Мой супруг говорил мне, что агенты командующего Касс весьма преуспели в том, чтобы разжечь неудовольствие среди веров политикой их вожака, - негромко заметила Мирабелла. Матушка задумчиво кивнула.
Глава 7.
- Мне кажется, или ты разочарована? - по голосу супруга я догадалась, что он улыбается.