***
— Слишком уж спокойно было в последние дни, — устало сказал Жоа Вимутье, стоя под проливным дождем, у трех трупов, лежащих на лесной опушке. Из-за жара, что исходил от Каменных дубов, в лесу которую неделю стоял плотный туман. — О чем они думали, когда решили поохотится в Каменной дубраве, после встречи с Хозяином леса?
— О голоде, от которого мутнеет разум, — хмыкнул разведчик Вилон. — Ля, да это люди покойного барона. Все трое из Янтарных Следопытов.
— Один из них — шевалье Умберт, приближенный Томаша Гюро, — сказал Теофраст, осматривая тело здоровяка, морду которого невозможно спутать. Грудная клетка его была вскрыта от живота, до шеи. — Раны аналогичны двум другим. Сердце извлечено, грубая работа.
— Приближенный… Этот красавчик теперь еще ближе к барону, — оскалился Вилон. — Нужно было чтить заветы Аяр аф Скофна.
— Три сердца в обмен на трех зайцев, — Жоа ткнул носком сапога связку еще теплых тушек, что лежала рядом. — Сомнительная выгода.
— И это при том, что мы почти вышли из проклятой дубравы, — покачал головой Теофраст. — Могли немного подождать и охотится всласть, когда Каменные дубы и трехлапый медведь-гора останутся позади.
— Что-то тут не чисто, — задумчиво сказал Жоа Вимутье.
— Будет уроком остальным, — Вилон поднял заячьи тушки. — А это еще пригодится, мы на них не охотились.
— Хозяин леса может рассудить иначе, — предупредил сержант Йоран. — Не боитесь лишиться сердца, как эта троица?
— Он должен был прийти за мной, еще тогда, когда я перерезал глотку хромому кубаку, — спокойно ответил разведчик. — А тут, я просто подобрал падаль, что валялась в траве. Попрошу поваров наварить похлебки. Вода со вкусом мяса, всяко лучше воды со вкусом воды.
Тела горе-охотников придали земле, а весть об их судьбе быстро разлетелась по лагерю, омрачив и без того хмурых путников.
Вечером, лейтенант Одел и Теофраст явились в шатер Жоа Вимутье с советом, где уже находился шевалье Дижон, последний из приближенных, ныне исполняющий обязанности почившего барона.
— Мы движемся слишком медленно, — первый помощник Вимутье склонился над картами, разбросанными по походному столу. Большинство из них написаны еще во времена северной экспансии. — При лучшем раскладе — будем в крепости к последней луне осени. А если нет…
— Нужно оставить часть груза, — сказал Тео. — Я осмотрел кубаков, животные не выдержат пути со столь тяжелым грузом. Нам повезло потерять только одного из них.
— Несколько цистерн с Янтарем можно зарыть в землю. Здесь, в Каменной дубраве, — покачал головой лейтенант Одел. — Вернуться за ними следующим летом.
— Звучит разумно, — Жоа почесал жидкую бородку, выросшую за время похода.
— В таких количествах, необработанный Янтарь может детонировать, проведя год у горячих корней Каменных дубов, — прошипел шевалье Дижон. — А оставить на виду — отличный подарок для Фриссов.
— Значит, зароем его, как выйдем из дубравы, — устало ответил Жоа. — На сколько хватит провизии?
— Дней десять, — сказал лейтенант Одел. — Сокращать рацион бессмысленно, люди и так истощены.
— Освободившиеся кубаки могут исправить это, — ухмыльнулся шевалье Дижон. — Пускай, об их мясо можно сломать зубы.
— Не думаю, что это лучший выход, — спокойно возразил Теофраст. — Звери истощены не меньше людей, не смотря на то, что под ногами для них полно пищи. Разумней будет через день менять кубаков, несущих груз. Это увеличит шансы.
— Остается надеятся, живность за пределами Каменной дубравы не перевелась, — вздохнул Жоа. — Холода наступят уже скоро и нужно еще подумать о…
За пределами шатра послышались оживленные голоса. Еще пара мгновений и на совет нагрянуло полдюжины воинов из Крепости Сива, во главе с разведчиком Вилоном. Они привели человека, чьи руки сковывали широкие ремни, а лицо вздулось от побоев.
Это был, сержант Йоран. Теофраст не мог поверить своим глазам.
— Ваш юнец якшался с Фриссами, — хмыкнул Вилон, уставившись на лейтенанта Одела. — Взяли с потрохами, в четверти лиги от лагеря. Пришлось прервать их милую беседу. Жаль только, лесные дикари разбежались, бросив своего дружка.