То, что Дилан сказал тогда, нисколько не удивило Айзека, ведь он становился частым свидетелем подобного поведения. И он выставил меня не потому, что я что-то сделала не так, а из беспокойства за брата.
— Он странный. Мрачный, запертый в себе, и я не знаю, что на самом деле творится у него внутри. Иногда я ловлю себя на мысли, что начинаю приписывать ему всякие расстройства личности или еще что похуже, но я знаю, что это не так. Травма, полученная еще в детстве, сделала его таким. Он видел, как на его руках умирали родители, он сам барахтался в собственной крови, и ничего не мог с этим поделать.
Я молчала. Руки дрожали, и я впервые посмотрела на Дилана, как на человека с проблемами, не пытаясь выместить на нем злость за свою слабость. Я привыкла уметь постоять за себя в человеческом мире, но он каким-то образом сметал все мысли из моей головы. Я хотела винить парня, и именно поэтому злилась.
— Он в порядке? Из-за этого тебя так долго не было?
— А? Нет, с ним все хорошо. Дилан быстро отходит от всякого такого. Поверь, он уже и думать о тебе забыл, при чем уже в тот же вечер, как ты ушла, — отмахнулся Айзек.
Его слова больно кольнули внутри. Я стыдливо отвела взгляд. Друг делился со мной проблемами, а я думала только о том, что для Дилана я была просто очередной истеричкой, которая развела конфликт на пустом месте и чье имя можно даже не запоминать.
— Я работал. Пришлось немного поднапрячься, но мы оплатили все долги, и теперь братья могут немного расслабиться до нового года, — пояснил парень.
Я натянуто улыбнулась, пряча взгляд.
— Сладенькая, с тобой все в порядке? Ты покраснела, как рябина на снегу, — Эвон присела рядом и пытливо всматривалась в мое лицо.
Щеки горели. Я сильнее закусывала губу, не зная, что сказать.
— Лисенок, с тобой все хорошо?
Сердце бешено колотилось в груди. Каждый стук болью отдавался в висках, и я начала задыхаться. Откуда-то внезапно взялась паника, и перед глазами все поплыло.
— Айви, дыши, слышишь? — руки Айзека внезапно обхватили мое лицо, заставляя смотреть в его глаза. — Давай, сделай глубокий вдох.
Я старалась сосредоточиться исключительно на воздухе, поступающем в мои легкие. Вдох-выдох. И ничего больше. Мир вокруг не имел никакого значения. Ничего не имело значения. Только я и кислород.
— Все в порядке, все хорошо, — приговаривал друг, чувствуя, как выравнивается мое дыхание.
Я прикрыла глаза и выдохнула. Боль, сковавшая грудь, ушла, и вновь стало легко дышать. Наваждение, взявшееся из ниоткуда, отступило так же внезапно, как и накрыло меня.
— Что это было?
— Я не знаю…
Ложь. Я знала, в чем была причина. Взгляд, прожигающий мой затылок. Казалось, он струился отовсюду, и, в то же время, я не чувствовала его источник. Словно он был в самом воздухе, которым Айзек призывал меня дышать. Взгляд, следующий за мной по пятам и пугающий меня до дрожи.
Кто-то следил за мной уже долгое время. Он выжидал, искал мои слабые места, чтобы после напасть, а мне никак не удавалось отыскать преследователя. Кем бы он ни был, я определенно проигрывала.
=== Глава 16 ===
Тревожное чувство никак не хотело покидать меня. Оно без конца скреблось внутри, привлекая к себе внимание. Оно горчило на кончике языка противной желчью, и мне все время хотелось запить этот привкус чем-нибудь сладким. Я то и дело оборачивалась, даже находясь в своей комнате наедине с мыслями, боясь застать кого-то за своей спиной. И чувствовала, как постепенно сходила с ума.
Сама того не осознавая, я постепенно начала отдаляться от друзей. Замыкалась в своем коконе из мыслей и страхов, что волнами фантомной боли накатывали вновь и вновь, силясь утопить меня. Я барахталась, захлебываясь слезами, но ничего не могла поделать. Грань меж двумя мирами стерлась, и я отчетливо ощущала угрозу, нависшую надо мной, крошечный осколок Мортема среди человеческого мира, который неустанно следил, чем бы я ни занималась.
— Ты не сможешь вечно прятаться от всего.
Едва заметное голубое свечение промелькнуло перед глазами, и на пол опустилась Эвон. Ее теплый успокаивающий взгляд обволакивал меня и грел изнутри. Девушка взяла мои руки в свои и слегка наклонила голову. Прядь коротких волос тут же упала на ее лицо, прикрыв правый глаз, и душа забавно прищурилась.