Многие годы Корчак тщательно собирал эти материалы, тайно надеясь на то, что когда-нибудь их обработает, но, словно предчувствуя близкую гибель, он вдруг с сожалением говорил о своих неосуществленных творческих планах:
«Как долго можно держать у себя такой материал о физическом развитии детей и не создавать художественную картину духовного созревания человека?
Ночь. Сколько записей у меня о ночи и спящих детях! 34 тетради одних заметок. Потому я так долго не мог решить, стоит ли мне вести дневник. Я собираюсь написать большую книгу о ночи в приюте и снах детей».
Наблюдения и тщательно собранный материал обогащали Корчака знаниями о каждом конкретном ребенке. Эти знания стали служить задачам воспитания. Потому в «Доме сирот» на доске объявлений было так много сообщений, отчетов, просьб и предостережений. Этому же содействовал и «ящик вопросов и ответов» для переписки воспитанников с воспитателями.
Так же, как совершенствовал Корчак методы воспитания, вынашивал он и замыслы произведения, а создавалось впечатление, что он импровизировал. Повести для детей появлялись почти ежегодно с 1920 года. Это не только «Король Матиуш Первый» и «Матиуш на необитаемом острове», но и «Кайтусь-волшебник» — повесть о безрассудном обладателе неограниченной власти, это и «Банкротство Малого Джека», и повесть о путешествии к истокам детства «Когда я снова стану маленьким», а также «Упрямый парень», «Добрые люди», «Три путешествия Гершека», «Наедине с богом» (молитвы людей, которые не молятся), «Право ребенка на уважение», «Правила жизни», ставшие настольными книгами польских педагогов.
Корчак давно задумывался, каким должно быть самовоспитание детей. Ребенок всегда чувствовал над собой власть взрослых и пытался освободиться от нее. Почему? Ребенку запрещают знать то, что, по мнению взрослых, ему повредит.
Как же в таком случае вводить его в жизнь? Убедить в том, что в мире все справедливо и разумно, все понятно и просто. А как же тогда научить его отличать правду от лжи?
— Нет, — скажет Корчак, — его нужно научить не только любить, но и ненавидеть, не только уважать, но и презирать, не только соглашаться, но и спорить, не только мириться, но и бороться.
Нередко встречаются люди, которые громко возмущаются, когда можно просто пренебречь, выражают презрение, когда нужно сожалеть и сочувствовать. В своих отрицательных чувствах они поступают как самоучки, потому что их не обучили азбуке жизни, позволив усвоить только несколько букв, скрыв все остальные.
Человечество должно благодарить судьбу за то, что взрослые не могут заставить детей подражать себе во всем. Горе человечеству, если дети во всем будут послушны своим воспитателям, покушающимся на их здравый рассудок и человеческую свободу. Так думал Корчак.
Методу принуждения он противопоставил метод самоуправления. У него было проверенное средство для достижения цели: создание детского товарищеского суда. Это прежде всего. Суд должен научить детей считаться с нормами человеческого общежития и обдумывать свои поступки. Быть самокритичным — это быть самостоятельным.
Подобную же роль играл и детский совет самоуправления, и детский сейм — два необходимых инструмента самоуправляемого воспитания детей, которое стало основой корчаковской воспитательной системы.
«Главное, — считал Корчак, — создать условия для воспитания с участием самих детей, и тогда не надо будет напоминать им об обязанностях, дети сами вас поймут».
Воспитатель должен быть только помощником...
2 марта 1925 года в Варшаве состоялся вечер памяти известных борцов за независимость Польши, который организовала сама Пилсудская. Марине Фальской было что вспомнить. Она участвовала в борьбе против русского царизма, была арестована вместе с Пилсудским в подпольной типографии газеты «Работник», выходившей в Лодзи, и в 1901 году вывезена в Сибирь. Она бежала из ссылки и продолжала борьбу. Внезапно ее постигло тяжелое горе. Умер муж, известный деятель Социалистической партии Польши Леон Фальский, умерла единственная дочь. Марина оставила работу в партии и посвятила себя воспитанию детей в бедных сиротских приютах.
На вечере Фальская собиралась выступить, но Пилсудская внезапно сменила тему разговора, начав говорить о том, как она любит книги Януша Корчака, как восторженно все отзываются о его системе воспитания. Корчак, склонив голову, ответил ей что-то и продолжал слушать дальше, чтобы понять, к чему она клонит. И вот оказалось, что жена маршала решила заняться благотворительной деятельностью и что у нее есть для этого и время и средства и она может помочь им, основав общество помощи детям.