-А почему поссорился? Твой отец начал конфликт? Или преподаватель? - заинтересованно спросил Януш.
-Отец первый начал. Ему не понравилось, что у преподавателя имя Вениамин и фамилия Абрамóвич, - призналась я, хотя не планировала рассказывать Янушу, что мой отец жуткий юдофоб. Мама относилась к евреям нейтрально, но в нашей семье повелось так, что женщина должна слушать мужчину и не перечить. Она и не перечила, поэтому поддержала мой уход из кружка танцев.
-Ясно, раз Вениамин... то наш человек... - с какой-то печалью произнёс Януш, - то есть он настолько не интересовался твоей жизнью, что ни разу не приходил за тобой на занятия? Не спрашивал про твои заслуги? Не виделся с преподавателем? А почему не записал в какое-то другое место, где нет страшных и ужасных ж...дов, которые учат бедных детей танцам? - задал ряд вопросов Януш. Его так взволновала тема нашего разговора, что он даже встал с бортика ванны и медленно прошёл несколько шагов.
-Он считал, что искусство — это не для меня. Он говорил, что заниматься искусством, в том числе и танцами, значит развлекать публику, а этим не должен заниматься человек с хорошим образованием, - закрывая лицо рукой, рассказывала я.
-Поэтому ты так легко начала жить с Костей, зная, что он довольно много зарабатывает, а значит, материально обеспечен? Чтобы родителей порадовать, ведь он же бизнесмен у тебя? И вы наверняка ссорились из-за твоей работы в клубе, а потом ты его за это прощала, потому что чувствовала свою вину и искреннюю нелюбовь к этой работе. Я надеюсь, что твоей целью была возможность накопить на платное обучение на преподавателя танцев? И ты посещала студии и дорабатывала свои навыки до мастерства? Мне кажется, что танцы — это единственное, что в тебе осталось из твоего фундамента, то, что ты не успела потерять... - его голос приближался и становился громче.
Я чувствовала, как жжёт в носу, а по щеке предательски скатилась первая слеза, беззвучно падая на кафельный пол. Чтобы отвлечь внимание мозга от внутреннего тяжёлого состояния, я сильнее сжала кулаки, чтобы ногти впились в ладони.
-Это неправда, я всегда выбирала мужчин постарше, брутальных и обеспеченных. Костя подходит мне по типажу, - попыталась объясниться я.
-Пойми, этот типаж навязан тебе родителями и твоими психологическими травмами. Плюс к этому, находясь рядом с успешным мужчиной, ты подсознательно начинаешь чувствовать хоть на капельку больше уверенности и в себе. У тебя очень низкая самооценка из-за того, что ты отвергаешь себя и отвергаешь то, что тебе нравится в жизни. Ты понимаешь, что ты не любишь то, что делаешь, не любишь себя, но ты хочешь хотя бы в чем-то быть круче своих подружек. И в данном случае это отношения с богатыми и успешными людьми типа Кости. Но ты не думала, что это никак не делает тебя лучше? Это липовое поднятие самооценки, потому что на самом деле все они счастливее тебя, потому что живут так, как им нравится, как они сами хотят. Им не надо ничего терпеть, будь-то нелюбимая работа или отношения с нелюбимым человеком. В своём монологе Януш каждый раз попадал в цель, и от этого становилось только больнее. Кажется, что этот человек нашёл все мои слабые места, которые не могли узнать другие, и я поняла, что если сейчас не отвечу что-либо, то точно начну плакать.
-А иногда приходится что-то откладывать, чтобы потом достигнуть этого. Не всегда получается всё и сразу, - уверенно сказала я, складывая руки на груди. Посмотрим, что мне сейчас ответит наш гений-психолог. Я снова злилась.
-Да, приходится. Но нужно понимать ценность того, что ты откладываешь. Можно отложить поездку с друзьями, встречу с родными, деньги можно отложить, но нельзя откладывать жизнь, понимаешь, Жень? Вот, например, твоя жизнь - ты ее откладывала, откладывала, откладывала, и что в итоге? Непрожитая жизнь! Ты сейчас в «Пограничье», в реальности ты в Коме и, возможно, исчезнешь завтра навсегда. А навсегда, это, знаешь ли, очень долго, - печально добавил Януш.
-А я, может, в рай попаду! Почему я должна совсем исчезнуть? - из последних сил сопротивлялась я.
-Потому что ты не веришь в Бога. А тех, кто не верит, он не берет к себе.
-Ну да, да, я исчезну. У меня не было нормальной жизни, и с Костей я из-за денег и назло другим! Я никогда не буду танцевать, а отец привил мне ненависть к другим людям из-за их нации. И все эти фотографии на стене объединяет одно - в эти моменты я страдала и не хотела жить. Всё, я всё это признала, теперь ты счастлив? - рыдая, говорила я, смотря в спокойное лицо Януша. Мне опять стало холодно. Так холодно и больно, будто бы из души вырвали самое потаённое и болезненное, а теперь там гуляет ветер. Было пусто.