- Для тебя и вправду это настолько важно, Жень? - тихо спросил Януш, подходя ко мне и обнимая, тем самым преграждая путь ветру.
Меня изнутри терзало странное чувство боли за то, что я не видела этой красоты до этого момента, что за двадцать лет я так ни разу и не выехала за город, чтобы поднять глаза в небо и просто любоваться.
-Да. Это то, о чём я мечтала с самого детства, - вытирая слезы счастья, тихо ответила я.
-Странно мечтать о космосе, когда он в тебе, - с теплотой ответил Януш.
Он пристально посмотрел в мои глаза, придвинулся ко мне почти вплотную и положил ладони на мою талию. Я перевела глаза со звёзд на небе сначала к звезде на шее парня, а потом подняла взгляд выше и остановилась на его губах. Мгновенье - и я не помню себя. Януш нежно притянул меня к себе, вовлекая в пылкий поцелуй и прижимая так, что у меня не получилось бы сопротивляться, но я и не хотела этого. Кто же будет бежать от счастья добровольно?
-Моя комната... слева от кухни... - прерывисто, буквально выдыхала я в губы Януша, сжимая его плечи, казалось, со всей силы.
-Ты уверена? - прижимаясь своим лбом к моему, ещё раз переспросил Януш, а я ощущала его возбуждение на всех уровнях и была уверена в своих словах. Если я исчезну, я хочу хотя бы какое-то время попробовать пожить, не откладывая жизнь на потом. Тем более, именно сейчас я понимала, что хочу Януша как никогда. Я ни разу в жизни не мечтала настолько сильно о ком-то. Моё тело плавилось лишь от одних мыслей, что я сейчас в его умелых и напористых руках...
*****
-Женечка, я люблю тебя... - прошептал мне на ухо, словно находясь в помешательстве, Януш, медленно успокаиваясь и остужая в себе вспыхнувшую, словно спичка, страсть, которая при этом разрушила всё на своём пути, в том числе и предметы оставшегося интерьера квартиры. По всему полу валялись какие-то бумажки, улетевшие со стола, статуэтка японского кота Манэки-нэко, случайно разбившаяся в порыве страсти рамка нашей с Костей фотографии. Но её уж точно не жалко. Всё равно я от этого фото избавлюсь, как только вернусь из «Пограничья». Оказывается, Януш очень пылкий молодой человек, чувственный и даже в каком-то смысле горячный, как и многие евреи. Я встречала очень много горячных людей, эмоциональных и бурно жестикулирующих, а потом узнавала, что они либо грузины, либо армяне, либо евреи.
-Вот какая она, любовь по-еврейски, - пытаясь надышаться, прошептала я, убирая волосы, прилипшие от пота к лицу. Сердце сбивалось с ритма, и мне казалось, что оно сейчас вылетит из груди. Со мной еще никогда не было ничего подобного. Януш оказался не только умным и разносторонним, но и очень профессиональным в любовных делах. Я никогда не забуду эту ночь, и не только потому, что это произошло, пока я нахожусь в Коме, при этом с человеком, которого я знаю неделю, еще и с евреем, а потому что этим человеком был именно Януш. Единственный, который понимал меня правильно абсолютно во всем, первый, кто думал обо мне, а не о себе.
-Что, я настолько плох, Жень? - отрывисто усмехаясь, спросил парень, вытирая с моего виска каплю пота и тут же целуя меня в щеку.
-Не-е-ет, я не в этом смысле. И откуда вообще пошло, что делать по-еврейски — значит делать плохо? - закрывая глаза и откидывая голову на подушку, спросила я, пока Януш прижимал меня к своему телу, целуя теперь в обнажённое плечо.
-Либо из-за юдофобии, либо потому что мы пишем справа налево, - ответил Януш, подкладывая руку под голову.
-Мне еще никогда не было так хорошо ни с кем... Ты не подумай, я особо не могу сравнивать, и не то чтобы... - немного неловко начала я. Тяжело говорить об интимных вещах с Янушем, даже несмотря на нашу стремительную близость.