Теряя рассудок, я начала суетиться вокруг Януша. Я плакала, кричала, тормошила за плечи и звала его. Но глаза Януша помутнели и остекленели, будто бы его взгляд застыл в каком-то мгновении навсегда, и он провалился в забытьё. Вспоминая все уроки ОБЖ и основы первой помощи, я решила начать делать искусственное дыхание. Я не помнила, как правильно, как нужно, поэтому, полагаясь на свою не очень хорошую память, зажимала Янушу нос и дышала рот в рот. Повторив свои безрезультатные действия несколько раз, я уже почти полностью отчаялась, просто села рядом, закрывая лицо руками и проклиная всё на этом свете. Януш говорит, что Бог есть, но если бы он был, он бы не допустил этого! Почему прямо сейчас Януш не может прийти в сознание и встать? За что мне это, и как искупить свою вину? На все эти многочисленные вопросы у меня не было ответов, которые теперь я буду искать, кажется, всю оставшуюся жизнь.
-Я где? Что-то случилось? - всего две фразы, донёсшиеся из-за моего плеча, заставили меня подскочить с места, а потом тут же упасть на колени и зарыдать в голос.
-Женечка, ты чего? Что вообще происходит и где я? - Януш, зажимая виски, медленно привстал с пола, пока я смотрела в безжизненно белый потолок.
Я обращалась в какой-то немой благодарности, даже не понимая точно к кому. Я извинялась перед высшими силами за свои поспешные выводы и проклятия, хотя даже не была уверена в их существовании. Я чувствовала, как моё сознание медленно плавилось от нахождения здесь, мне стало казаться, что всё будто бы сливается в какую-то странную кашу, плывёт, словно тучи, мимо меня, как будто бы я смотрю на свою жизнь со стороны. Меня кидает из стороны в сторону, и Януш наверняка чувствует то же самое. Меня будто бы проверяют на прочность здесь, и если я сверну с пути — мне уже никогда не вернуться обратно.
-Ты отключился, Януш. Ты лежал здесь без сознания. А перед тем, как я обнаружила тебя здесь, я нашла вот это. Я протянула ему бумажку с новостью. Януш внимательно вчитался в неё, и потом осторожно придвинулся ко мне, обнимая и прижимаясь щекой к плечу.
-Жень, я, похоже, на ИВЛ теперь. Я пока в отключке был, слышал странные голоса. Я думаю, что это были врачи в палате.
-Ты теперь не можешь самостоятельно дышать? Я почувствовала, как он качает головой, и снова беззвучно заплакала, до боли сжимая зубы. - Хочешь, можешь не прощать меня никогда, но я извиняюсь перед тобой. Я не знаю, как помочь тебе. Я бы всё сделала для того, чтобы вернуть время обратно, - вздыхая до боли в груди, я пыталась объясниться Янушу.
-Жень, что было - то прошло. Ты ничего не сможешь сделать, и я тебя прощаю. И если на то воля Творца - значит, я никогда больше не вернусь в реальность. Видимо, так нужно.
-Нет, так не нужно! Ты сначала тянешься ко мне, а теперь учишь меня жить без тебя! Мне кажется, что я ненавижу тебя так же, как и раньше.
Я резко обернулась к Янушу, даже не пытаясь скрыть своих слёз, и увидела в его бездонных глазах лишь доброту и отражение всего Ближнего Востока. Почему так больно становится, когда находятся люди, которые просто любят тебя за то, что ты есть, и тепло к тебе относятся даже тогда, когда, по твоему мнению, ты этого недостойна? Сердце защемляет, и ты пытаешься подловить их в неискренности, а её попросту нет.
-А если я скажу, что люблю тебя? - Януш ласково вытер слезу с моей щеки большим пальцем.
-Какая разница? Нам не стать вечностью.
-Нет, вот увидишь, мы вернёмся, и всё будет по-другому.
И это придало мне сил. Я встала, уверенно держась с Янушем за руки.
-Нам осталось выявить твою главную боль - ненависть к другим людям за их происхождение. Ведь ты винишь себя за это, - чётко обозначил Януш, обернувшись.
Он шёл впереди и вёл меня за собой на выход из поезда. На улице вновь пошла метель, настолько сильная, что вдыхать было уже невозможно, Януш закрывал своё лицо локтем.