— Когда вы сможете приехать снова? — как гром среди ясного неба, прозвучал этот вопрос.
Не то чтобы я не хотела, но всячески себя убеждала, что эта банальная интрижка не имеет будущего. И, конечно, я, во избежание такого же нервного срыва, как у той неизвестной мне женщины, старалась держать свое сердце на замке. Ответила я не сразу, судорожно просчитывая свои финансовые возможности и варианты приезда. Финансы мне таких поездок больше не предвещали.
— Ну, не знаю я. Может, на ноябрьские праздники или на новогодние каникулы, — в итоге выдавила я из себя.
— А когда там у вас в ноябре праздники? — спросил Гарик.
Если честно, я толком и не помнила, раньше седьмого ноября был праздник, а теперь когда? Вроде первого?
— Ну там у нас в начале месяца осенние каникулы. Так конкретно я не могу тебе сказать.
— Блин, до ноября долго, а пораньше? Может, на выходные прилетите? Я дорогу и проживание вам оплачу, и Саске тоже, — засмеялся он.
«Нет, на выходные вряд ли, мне работу надо еще искать», — подумала я, но вслух сказала:
— Не знаю.
«Все смешалось в доме Облонских» (фраза из книги «Анна Каренина» Л. Н. Толстого). Все смешалось в моей голове, все то, от чего я упорно отмахивалась, все, в чем мне было страшно признаться или даже подумать, навалилось на меня, и я тонула в море собственных стереотипов и предрассудков. Ну смешно же, история — как из второсортного женского романа: он — молодой красавец, я — стареющая дура! Я боялась выглядеть глупо в глазах своей дочери, в глазах подруг. Мне казалось, что все будут за глаза смеяться и думать, что я выжила из ума! А разве нет? Разве я не выжила? Все, чего мы боимся больше всего, это нас и настигает. Я чувствовала себя отвратительно и радовалась одновременно.
— Иди сюда, — протянул Игорь ко мне свою левую руку и обнял меня. Я забыла обо всем и даже о своей вышивке. Просто тепло и счастливо.
Нашу идиллию прервала Дарья, придя сказать, что она ложится спать, и узнать, во сколько завтра встаем. Ехать, если без пробок, около часа, приехать за два часа, и того часов в семь утра, не позже.
Прощальный секс получился что надо, и я моментально заснула, отвернувшись от Игоря и натянув на нос одеяло. Впервые за несколько месяцев я спала ночью.
В полседьмого нас поднял будильник из телефона. Гарик, проснувшись, лежал и подозрительно смотрел на меня.
— Что такое? — не выдержала я.
— Тебе что, со мной совсем не нравится? — с обидой спросил Гаспар.
— Что не нравится?
— Ну секс, что!
— Да нет, нравится, нормально, а почему ты спрашиваешь?
— Ну, вчера ты сразу отвернулась, не сказав ни слова.
Я засмеялась:
— А ты что, ждал аплодисментов и почетную грамоту?
— Ну нет, — он заулыбался. — Просто, обычно девушки… — и он замолчал.
— Что обычно? — продолжила я его предложение. — Любят поболтать в постели? Я не такая. Я, может, и начну болтать, если мне не понравится, да и то вряд ли.
— Понятно.
За дверью носилась Дарья, хлопая холодильником.
— Полежим еще немного, — попросил Гарик.
— Нет, надо вставать.
— Да, надо такси вызывать, в мою машину не влезем, — задумчиво произнес Игорь, когда увидел два наших внушительных чемодана.
Когда мы загружались в такси, Гарик подошел к своей машине и на этот раз с капота убрал пустую бутылку из-под пива и коробку от китайской еды.
— Ну не любим мы, пролетарии, вас, буржуа! — крикнула я ему, и мы засмеялись.
— А где твой друг? — спросил Игорь у Даши.
Я ответила за нее, что он в чемодане, и я не собираюсь покупать ему билет на самолет.
Прощание в аэропорту по моему наставлению было быстрым. Не люблю прощания. Смазанный поцелуй, «позвони, как долетите». Обещания созваниваться по Skype и что мы обязательно приедем в ноябре.
В Лувр я так и не съездила.
У меня не было грусти, мы ехали домой, я очень соскучилась по нашей маленькой квартирке на улице Книповича.
Сидя в самолете, я включила свой плеер и погрузилась в звуки давно забытой песни из детства с волшебным голосом Марины Влади, она мне пела про то, «как дымно и что память не в силах согреть в холода». Все три с лишним часа в моей голове звучала солянка из «Рамштайн», «Металлики», Высоцкого и еще там много всякого разного.
В Пулково мы приземлились под песню Высоцкого «о двух красивых автомобилях.»
И, не спеша, пошли получать свои вещи, до самолета в Мурманск у нас еще было почти четыре часа.