С тобой ничего не случится. Аарон прямо там. Эмили стоит позади тебя, наблюдает.
Самая разумная часть меня знает это, но бедняжка недостаточно сильна, чтобы помешать моему разуму закрутиться по спирали. Как только я подхожу к своему двоюродному брату, он обнимает меня большой мускулистой рукой за плечи и прижимает к своей потной груди.
— Фу, как ты можешь уже быть таким вонючим? — Я пытаюсь оттолкнуть его, но он не отпускает и вместо этого громко целует меня в макушку.
— Я так рад, что ты пришла, Грей, — говорит он, игнорируя мои мольбы. Я люблю его, но прямо сейчас я предпочла бы быть где угодно еще, только не прямо под его вонючей подмышкой. Преимущества небольшого роста. Ура.
— Угу. — Он отпускает свою чудовищную хватку на мне, когда я снова толкаю его. Именно тогда я замечаю Стеллу рядом с ним. — Привет, Стелла. Давно не виделись.
— Грейс, привет, — Она одаривает меня своей фирменной белозубой улыбкой, которая сияет на фоне ее смуглой кожи. С ее длинными, густыми косами, точеным подбородком и носом, я не думаю, что, когда–либо встречала более красивую женщину. Неудивительно, что Селин в нее влюблена. Она тоже одна из самых добрых людей, которых я когда–либо встречала. — Это было слишком давно. Аарон и я здесь даем парням шанс вернуть свои деньги.
— Так держать, детка. — Аарон дает ей пять. Может, ему и двадцать шесть, но он все еще ведет себя как студент колледжа. Впрочем, я его не виню — взрослая жизнь — это заноза в заднице. Если он не готов попрощаться с таким образом жизни, я не собираюсь быть тем, кто осуждает его за это.
Я весело качаю головой, когда два парня на противоположном конце стола, Брайан и Максвелл, начинают уверять меня, что они бесспорные лидеры этого стола для пивного понга. Но я почти не слушаю, потому что внезапно мое внимание привлекает яркая вспышка.
Ни проблеска белого — сам Дакс Уилсон.
В моей голове звучит сигнал тревоги. Он здоровается с парой парней, когда входит в гостиную, прямо напротив того места, где мы стоим у обеденного стола, и я не готова к тому, что он увидит меня такой.
Конечно, я выгляжу не так уж плохо — на мне свободное голубое платье, которое недостаточно короткое, чтобы мне было неудобно, и мои волосы в порядке, но, в отличие от большинства девушек здесь, я не ношу каблуки (я люблю каблуки, но между ними и пуантами мои ноги никогда не смогу передохнуть). Я также не переборщила с макияжем, потому что меня охватывает паника, когда мужчины смотрят на меня и видят кусок мяса вместо женщины, с которой они могут вести вежливый разговор.
Так что да, может быть, я немного недостаточно одета, но, по крайней мере, я вообще здесь, и это достаточно большой шаг для меня.
Теперь, однако, я жалею, что не принарядилась немного тщательнее. Совсем немного.
И действительно, Максвелл выкрикивает имя Дакса, и тот подходит к импровизированному столу для пивного понга.
О, боже мой.
— Чувак. — Дакс качает головой, приближаясь к своему другу. — Чуть не соскочил. Эта цыпочка Меган бросилась на меня, как только я ступил на крыльцо. Сказала, что–то о том, что придет на следующую игру, — Он говорит, что–то еще, чего я не могу разобрать из–за громкой музыки, и они смеются.
У меня сводит живот, но я хорошо это скрываю. Возможно, Дакс — один из самых красивых, сексуальных, притягательных (вы понимаете) парней в кампусе. К тому же, он в хоккейной команде, если я правильно помню. Какая девушка в здравом уме не бросилась бы ему на шею? Боже, я бы сделала это сама, если бы не была такой застенчивой и такой трусихой.
Дакс тоже изучает английский, так что некоторые занятия у нас общие. Он перевелся из Бостона в прошлом году, вот почему мы мало разговаривали. Я редко выхожу куда–нибудь, а он часто выходит, так что вот вам ответ на вопрос, почему он даже не знает о моем существовании.
Что ж, это ложь — он знает о моем существовании, потому что пару раз улыбался мне на уроке и даже однажды попросил у меня карандаш. Правда, шансы на то, что он вспомнит мое имя, ничтожны, но меня это не беспокоит.
Их разговор продолжается, и я отключаюсь, пока Дакс не называет имя моего кузена.
— Эй, Аарон! Был на днях в вашем заведении, где подают тапас (прим.пер. испанский аналог канапе с разными вариантами начинки). Она отменная.
— Спасибо, чувак, — отвечает мой двоюродный брат, но в его голосе слышится раздражение. Его рука снова обнимает меня за плечи, когда он поворачивается к Стелле.
— Не возражаешь, если я выйду на минутку? Мы уже в значительной степени выиграли это дело.
— Конечно, — быстро заверяет она его. — Я найду кем тебя заменить.
— Давай, — шепчет Аарон мне на ухо и уводит меня подальше от Дакса.
— Куда мы направляемся? — Я лишь слегка разозлена тем, что он не спросил меня, хочу ли я уйти. Проходя мимо гостиной, мы проходим мимо его замены в пивном понге — очень улыбчивой Селин.
— Я только что сказал это. Мы выходим на улицу. — Он прижимает меня ближе к себе, когда мы проходим мимо группы пьяных футболистов, которые подталкивают друг друга локтями. Аарон все еще не улыбается, и тот факт, что он выглядит на удивление трезвым, выводит меня из себя.
— Тебе вдруг захотелось выйти на улицу? — Я подозрительно приподнимаю бровь, даже если он меня не видит.
— Ага.
Я на это не куплюсь, но у меня также нет сил спорить с ним по этому поводу. Аарон — это закрытая книга. За все время, что мы были близки, а это целая вечность, у нас ни разу не было честного разговора о его чувствах. Даже когда его школьная подружка бросила его на выпускном вечере, и несмотря на то, что он был так явно расстроен, он продолжал отмахиваться от этого и вместо этого напился.
Дело в том, что, тем не менее, каждая эмоция отражается на его выразительном лице, так что он не может скрыть свои истинные чувства. Вот почему каждый раз, когда я чувствую, что его что–то беспокоит, как сейчас, я должна смириться с этим и притвориться, что все в порядке, потому что он ничего мне не скажет. Спрашивать бессмысленно. Это Аарон Аллен.
Оказавшись снаружи, он достает сигарету из заднего кармана джинсов и закуривает. Если бы моя тетя узнала, что он курит, несмотря на то что обещал ей бросить год назад, она заставила бы его проглотить всю пачку залпом. Но поскольку я прекрасная сестра, а он взрослый мужчина, я ничего не скажу об этом.
— Не ожидал, что ты придешь сегодня вечером. — Он выпускает дым, и я подхожу к нему, с другой стороны, чтобы воздух не доносил его прямо мне в лицо.
— Это не входило в мои планы, — признаюсь я. — Эм убедила меня.
— Ах, она. — Его губы изгибаются вокруг сигареты в ласковой улыбке. — Вечно втягиваю тебя в неприятности.
Я не рассказываю ему о своем обещании, данном ей три года назад, или о Даксе. Я не готова признать вслух, что, возможно, снова заинтересовалась парнем после всех этих лет, потому что я абсолютно не хочу вести этот разговор с Аароном. Он мой брат.
— Это всегда неприятности, с которыми я могу справиться. — Он знает это, но я все еще чувствую желание напомнить ему.