Я вспомнила как Дима первый раз ехал сорок километров в час, и я была готова его уволить в тот же день, флешбэки из прошлого не покидали меня всю дорогу до дома, и я не переставала ловить себя, что улыбаюсь как дурочка.
— Мы приехали, если что-то понадобится просто позвоните, я не буду стоять у Вас под дверью, как хотел того Александр Николаевич, я не проблема, а мера предосторожности. — уверенно, четко как маленькой девочке Роман Вадимович показывает мне свою сторону, а я понимаю, что он как будто загоняет меня в ловушку.
Мы не подружимся, потому что он будет играть на две команды.
В спальне я снимаю с себя всю одежду и кидаю в стиралку, как будто скидываю с себя шкуру прожитых дней. Я хочу забыться и не хочу больше вспоминать всё что произошло, но боюсь мои сны не дадут мне покоя.
По коже пробегает озноб, а в комнате я слышу телефон и бегу к нему, потому что это он.
— Ты как солнце? — такой родной и любимый голос звучит в трубке, и я слышу его волнение.
— Всё хорошо, я дома, только зашла. — говорю так, будто правда всё хорошо и мои руки сейчас не трясутся как у невротички.
— Как твой новый телохранитель? — он волнуется, я это слышу.
— Пытается показаться другом, но я уверена, что он больше на папиной стороне чем на моей. — говорю то, что думаю.
— Не закрывайся, и со временем вы подружитесь. — успокаивает меня Дима, но меня еще больше окутывают сомнения.
— Когда мы теперь увидимся? — меня волнует этот вопрос и кажется, что я не душу в ожидании ответа.
— Скоро Лисёнок, приди в норму, и я приеду и украду тебя. — я слышу, как он улыбается, почти ощущаю его присутствие рядом.
— Я скучаю. — банально, но я хочу быть рядом с ним, и в норму я приду быстрее если он будет рядом со мной.
— Я тоже очень скучаю и очень хочу быть рядом с тобой. — ему тоже тяжело даётся вся эта ситуация, но вместе мы обязательно справимся.
Мы говорим ещё несколько минут с Димой обо всём и не о чём, с ним слова сами текут и выстраивается бесконечный диалог. Он обещает позвонить перед сном и пожелать мне спокойной ночи, а я надеюсь, что дождусь и не усну раньше времени.
Остаток дня проходит относительно спокойно, мама приезжает с солона, я с ней немного разговариваю и ухожу в свою комнату.
Настроения нет от слова совсем, без Димы всё не так, и кажется каким-то чужим, хотя в доме он был не частым посетителем, но я так чувствую.
Я раскисла.
Но даю себе возможность быть и такой.
Это состояние тоже часть меня.
Завтра.
Завтра я возьму себя в руки и почти всё вернется в прежнее русло.
А сегодня у меня однодневная депрессия.
Под всеми этими мыслями я не замечаю, как проваливаюсь в сон...
Мне снится чёрная комната, без света, без выхода. Я чувствую себя в ней ужасно не комфортно, мне страшно. Здесь влажно и холодно, а ещё на меня кто-то смотрит, я почти физически ощущаю этот липкий взгляд, от которого озноб пробегает ещё сильнее и оставляет после себя холодные следы. Я никого не вижу, я ничего не вижу, даже собственных рук. Но нутром я чувствую, что в этой комнате я не одна и этот кто-то настроен явно не дружелюбно.
Сорок седьмая глава. Макар
Действовать на эмоциях я не привык.
А то, что нервишки мои шалят и я пиздец какой сейчас эмоциональный чувствует груша, по которой я калачу битый час.
Что делать, в голове набатом всего один вопрос.
Украсть её, поступить так же, как сделал когда-то её отец со своей женой и обрести врага на долгие годы?
Могу.
Но стоит ли оно того?
Не уверен.
Договорится мы не сможем.
Я не птица его полета, это было ясно с самого начало, но я не жалею и докажу, что достоин Василисы.
Как?
Пока не знаю и то, что у меня в мозгах зреет план, на это нужно время, это не дело одного дня или месяца.
Тайные отношения вообще не вариант.
Я не мальчик, чтобы прятаться по углам.
Безбожно бью по груши выжимая из себя все соки, пот льётся ручьём, руки уже немеют от неконтролируемых ударов, еще немного и я просто сорву себе запястья.
Последний удар.
Сердце бьётся о рёбра словно рыба бьется о сушу.
Я не такой сильный каким хочу быть, но должен быть для неё таким, и буду чего бы мне это не стоило.
Выхожу из душа и набираю номер.
Гудки.
Нет ответа.
Вторая попытка и тот же исход.