— Ясно, — вздохнул я. — Сколько раз в неделю мне можно будет видеться с ней?
— Первые недели, думаю, одного раза в два-три дня будет достаточно. Пускай привыкает. Потом сможешь забрать ее из больницы.
— Спасибо, — закивал я. — А что будет с нами? Мы можем помочь в борьбе с «автохтонами»?
— Тебе надо искать сына, — серьезно посмотрел на меня Стас. — Я прекрасно это понимаю. Вас поселят в гостинице на первое время. Потом подыщем какое-нибудь жилье.
— Спасибо, — поблагодарил я знакомого. — Помимо поисков сына мне хотелось бы узнать побольше обо всем, что тут творится. Мы слишком много пропустили, пока были где-то вне этого мира. А про Полушку я вообще очень мало знаю. Мне нужна информация, чтобы понять, за что зацепиться, с чего начать поиски. Главное — как-то выйти на Изначальных или Наблюдателя. Имеются ли такие способы?
— Я предоставлю тебе всю необходимую информацию. Говорят, что тут можно встретить не только Изначальных, но и черта в ступе. Пообщаешься с учеными, они тебе расскажут. Но территорию покидать запрещено, учти это! Сейчас мы на военном положении. «Автохтоны» распоясались. Как только утрясется, станет поспокойнее — можно будет слетать к краю планеты на те объекты, которые мы изучаем.
— Хорошо, огромное спасибо! — поблагодарил я Стаса и продолжил: — Да еще, ты ведь, наверное, знаешь, здесь когда-то погиб мой друг Пашка. Хотелось бы и о его гибели узнать подробнее.
— Я попрошу… хмм… бывшую девушку Пашки связаться с тобой, — едва уловимо запнулся Стас. — Она расскажет, что произошло. Ну, а если решишь копать дальше, вызывай меня, я тебе подскажу, с кем можно пообщаться по этому делу. Я, знаешь ли, сам одно время пытался узнать все подробности этого инцидента, история произошла скверная, но мало кто в курсе того, что там на самом деле случилось. Пашка туда один поперся, поссорился со мной и начальством…
— Ясно, — сглотнул я. — Может, расскажешь подробнее о флоте киберов, о преграде от Волны и о том, что стряслось на Земле?
— Утро вечера мудренее! — сказал на это Стас, делая шаг ко мне и похлопывая по плечу. — Давайте-ка вы быстро пройдете медобследование, чтобы убедиться, что с вами все в порядке, а затем вас проводят в гостиницу. Отдохнете, а завтра уже с новыми силами обсудим ситуацию.
— Хорошо, — нехотя кивнул я и снова посмотрел на Кэт. — Черт…
Стас проследил за моим взглядом.
— Можно нам хоть доступ к новостям получить? — спросил Шамиль. — Нас ведь год по подпространству носило, тут столько всего произошло!
— Не хотите, значит, спать? — с укором взглянул на нас Стас. — Ну, если надумаете покопаться в архивах, то в каждом номере гостиницы должна быть точка доступа в местную интрасеть.
— Спасибо, — поблагодарил провидец.
— Ну что ж, тогда до завтра! — устало улыбнулся старый знакомый, намереваясь проводить нас к дверям.
Я покорился его воле, обернувшись еще раз на пороге. Кэт все так же растеряно и бессмысленно оглядывала меня, Шамиля и Милу с Ксюшей.
— Я что-нибудь придумаю, обязательно вылечу тебя, — прошептал я и отвернулся, чтобы не видеть новой волны непонимания на любимом лице.
В сопровождении охраны мы спускались с холма, где располагалась причальная станция, в основную часть Академгородка.
Город накрыло ночной тьмой. Плотный облачный слой закрывал от нас звезды, если конечно с Полушки они все еще были видны. Вдоль пустующих дорог и над далекой озерной гладью разливался жиденький туман. Редкие фонари пытались рассеять мглу, но оказались не в состоянии окончательно прогнать ее. И поэтому чудилось, что мрак неумолимо следует за нами, дыша в затылок и стараясь подловить на любой ошибке. Казалось, что если чуть отстанешь от охранников и своих друзей, то тебе на плечо опустится костлявая длань, а черный могильный холод пронзит насквозь, выпивая из тела жизнь.
Мы сильно устали и пребывали в крайне подавленном настроении. В медкабинете после стандартных осмотров и тестов нам по очереди вкололи дозу универсальной сыворотки, и теперь у меня перед глазами плыло, а ноги готовы были вот-вот подломиться.
Пейзажи города будто вторили этим ощущениям. Смешение убожества и прогресса, усталость и свежесть одновременно. Ржавые двери с массивными засовами. Потертый асфальт и плитка, через трещины в которых пробивались местные растения. А кое-где — новенькие корпуса, трансформаторы, и еще какие-то то ли здания, то ли агрегаты неизвестного мне предназначения. Сначала я хотел даже узнать, что это за штуковины, но потом решил не тратить силы.