Несмотря на пропасть, разверзнувшуюся между Экспансией и Полушкой, сюда неуклонно приближался флот киберов. В новостях об этом упоминалось лишь вскользь, но Стас недвусмысленно дал понять, что информация верна. Судя по всему, роботы шли на каких-то еще более мощных двигателях, чем имевшиеся у «Антареса», иначе путешествие растянулось бы как минимум на десятилетия. Что здесь потребовалось киберам, и почему они изменили курс — оставалось лишь гадать.
Все окончательно сплелось в единый клубок. Перемешалось и перепуталось.
Пора брать вожжи в свои руки.
Изначальные где-то здесь, у них мой сын и ответы на сотни вопросов. Надо во что бы то ни стало вернуть сознание Кэт. Узнать, что с ней случилось, и как мне найти тех, кто повинен в ее теперешнем состоянии. Ну, а там уж я что-нибудь придумаю. Источник сейчас совсем близко, можно пить его энергию без особого труда, и напиться столько, сколько в состоянии вместить мое сознание и тело.
Я пролистал новости дальше. Изначальных планировали искать у планеты Ника. Стало известно, что этот мир вовсе не разрушен землетрясением, а попросту продан древней расе через д-дапара.
Дальше шли бесконечные заметки об успехах нового правительства. И в одном коротком сообщении я вдруг с недоверием прочитал о том, что погибла певица Рия.
— Не может быть! — пробормотал я.
— Что такое? — Мила положила мне на плечи мокрые руки, оказывается она уже успела вернуться из душа и какое-то время тихо стояла у меня за спиной.
— Рия погибла во время теракта, — пояснил я.
— Певица? — хмыкнула Мила. — Ну, бывает. На Земле последнее время неспокойно, а певцы — тоже люди и, к сожалению, не вечны.
— Это верно, — согласился я и поджал губы.
Как объяснить Миле, чем была для меня эта певица? Я вспомнил наш единственный разговор по пути к системе Парквелла. И вспомнил песню, которую Рия посвятила мне.
Так вот и уходят люди — нелепо и не вовремя. Вспомнилась погибшая девушка Таня, а следом за ней перед глазами снова проступила та странная сцена, где я убиваю Кэт. Нет, невозможно!
Я включил колонки, и тишину разорвала грустная мелодия. Последняя песня Рии.
Вскоре за музыкой последовали слова:
— …навек молодой! — вторил голосу Рии бэк-вокал.
— Вот ты и стала вечно молодой, — пробормотал я. — Вас таких много. Молодые, умные, что вы забыли в этом долбаном раю? Почему не остались здесь?
— Сереж, ты чего? — Мила убавила громкость и развернула меня лицом к себе. — Все будет хорошо, слышишь? Ты нашел свою жену, ребенка тоже найдешь! Все будет отлично!
— Совсем недавно ты говорила, что мне не стоит в это верить.
— Я такого не говорила.
— Допустим, — легко согласился я. — Но ты серьезно уверена, что все будет отлично?
— Что именно?
— Кэт, лишившаяся памяти, наши дальнейшие шаги… Да что я объясняю? Все это дерьмо, куда мы угодили!
— Я думаю, мы справимся. То есть — ты справишься. Это, прежде всего, твоя война. Я лишь попытаюсь помочь.
Я чувствовал даже без применения дара и телепатии, что Мила расстроилась, когда Стас привел в комнату мою жену. Что бы там девушка ни говорила, она отчаянно ревновала меня. Черт, как же все это некстати!
— А как тебе Полушка? — спросил я, несколько меняя тему.
— Планета как планета, — пожала плечами Мила. — Если честно, то тут как-то неуютно.
Я вспомнил, что в небе над нами висит мерцающая фиолетовая лента, вспомнил злобное существо, недавно выпрыгнувшее на меня из тени переулка, и невольно передернул плечами.
— А если учесть, что мы где-то по пути потеряли целый год, то я вообще начинаю жалеть, что сюда сунулась, — продолжила Мила.
«И еще ты жалеешь, что нашлась Кэт», — мысленно договорил я. Лицо Милы в этот момент не изменилось, значит, она по-прежнему не могла прочесть мои мысли. И слава Богу!
— Ладно, — я потер переносицу. — Надо спать. Утро вечера мудренее.
— Да, конечно, — закивала Мила и пошла к своей койке.
Я же направился в душ, где еще минут двадцать с удовольствием смывал с себя усталость и грязь.