С трудом разлепила глаза. Мы уже были в моей комнате.
— Я сама, — сипло шепнула. Он поставил меня, и я села на кровать.
— Давай позову Лену.
— Я сама, спасибо.
Не хочу его видеть. Это больно. Хочу прижаться к нему, обнять.
— Я пойду. Ты точно справишься?
В ответ только кивнула, мысленно моля его не уходить. Пусть извинится, пусть всё станет как раньше. Но он ушёл, дверь скрыла его широкую спину, а я завалилась на бок и закрыла глаза. Дрожь не проходила, хотелось плакать. Он меня бросил, как и папа. Отец тоже обещал вернуться, не мне, маме, но обещал, а сам погиб. Почему они все уходят? Холодное одиночество, как верная и преданная подруга, заглядывает в глаза каждый раз, когда за дорогим человеком закрывается дверь.
Я, наверное, задремала, так и не раздевшись. Кто-то пытался меня разбудить, но безуспешно. Дрожь отпустила, но сознание словно плавало.
— Маруся, — мерещился мне тихий шёпот, и я пыталась тянуться к нему.
Когда мне удалось открыть глаза, в комнате было темно. Рядом со мной в одной кровати Яндор, чей аромат я не спутала бы ни с чьим другим. Его тепло грело лучше, чем одеяло. Легко пошевелившись, почувствовала, как напряглась рука Дракона. Я не видела его глаз в темноте, но слышала, что он продолжает спать. Он вернулся. Он не бросил. Спокойствие, словно волной, омыло сердце, осветляя его. Хемер говорил, что Ян переживает из-за нашей ссоры. Я тоже. Как теперь нам с ним быть? Неужели я должна сделать первый шаг? Ведь у манаукцев так принято. Но виновата не я, а он. От этих мыслей голова заболела.
Я улеглась удобнее, прикрыла глаза. Хотелось уткнуться лицом в грудь Яну, но постеснялась. Сон пришёл, хотя я его не звала. Я бы полежала ещё немного, наслаждаясь тишиной и близостью Дракона, но липкие пальцы сновидений утянули в темноту, не принеся ничего взамен. А утром я уже была одна в кровати. И запаха не осталось. Села, оглядела комнату с идеальным порядком. Меня Ян не стал раздевать, так и спала в джинсах. Время завтрака, а я всё сидела и думала о том, что произошло. Как теперь вести себя с Яном? Почему между нами такая пропасть теперь, или её нет, а я всё навыдумала? Скинув с себя одеяло, прихватив полотенце, направилась в душ. Я смелая и гордая, поэтому обязательно поблагодарю его, путь и первая, но будет ему пример. Может, поймёт, что я жду от него извинений.
Яндор
В мире, полном соблазнов, тяжело держать данное себе обещание. Наблюдать издали, корить себя за несдержанность и видеть, как она ищет тебя. Маруся задерживалась в столовой, отвлекалась в библиотеке, оглядывалась на входящих. А ночами было невыносимо наблюдать, как она спит в полном беспорядке, который она умудрилась устроить в комнате за какие-то четыре дня. Руки чесались пойти и прибраться, пока она не видит, пока спит. Но если он переступит запретную черту, где гарантии, что он сумеет совладать с собой?
Их не было. Так как Бореско с каждым днём всё больше проводил времени с Марусей, и та постепенно начала улыбаться ему — натянуто, скупо, но улыбалась. Это было опасно. Он видел, что упускает шанс. Отец оказался прав, нужно было решение. Сыграв на желании Хемера покорить Лену, Ян предложил полёт на пляж. В одиночестве показаться на глаза Марусе он не смел, как и заговорить с ней, взглянуть в глаза. Он до сих пор помнил и слёзы, и тихое «Уходи».
Купание удалось на славу, Лена была в восторге. Её громкий шепот слышали все, и Хемер светился, как до блеска начищенный штурмовик. Его стратегия по завоеванию рыжей взбалмошной землянки начала давать результаты, правда, никто из манаукцев не понимал увлечения друга. Рыжая не была образчиком женской добродетели, наоборот, слишком навязчивая, ветреная и в довершении всего предположительно шпион, правда, пока это было не доказано. И Хемер прикрывался тем, что обещал обезвредить шию Локоткову, и глаза его при этих словах странно поблёскивали азартом.
Яндор слушал подначивание соратников Хемера, что тот обожжётся о горячую штучку, сидя напротив довольного влюблённого. Шалорту хотелось бы так же открыто делиться своими переживаниями, но казалось это чем-то неправильным, слишком личным, чтобы обсуждать любимую с другими.
Достав комм из кармана, Ян включил его, чтобы подглядывать за Марусей, она ведь уже должна вернуться в комнату и переодеваться. Но её не было, зато на кровати валялся свитер, в котором она была на пляже. Уже ушла? Достал наушник, подключился к «жучку». Из динамика послышались завывания ветра и звуки шагов. Включив другую камеру, понаблюдал, как Лена в своей комнате, пританцовывая, занимается укладкой волос под громкую модную музыку.