— Герцог? А он-то здесь, каким боком. Он же вообще женатый!
— Расскажу, если заключишь со мной сделку.
— Сделку?
— Да, могу сразу сказать, взаимовыгодную.
— И что за сделка?
— Расскажу, когда все съешь.
— Я дома поем.
— Не глупи. Сейчас девять утра, до двенадцати ворота будут закрыты. Я могу тебя вывести раньше, но…
— Но?
— При условии, что ты согласишься на сделку, а о ней я расскажу, когда все съешь.
— Ты… Вы… — я не находила слов для возмущения.
— Ешь, давай, — и сам принц, улыбаясь, приступил к трапезе, больше не обращая внимания, на мое ворчание.
Эйран
Мила пыталась говорить официально, но сейчас, полный ее магией, я чувствовал весь спектр чувств, что владели девушкой. Растерянность, страх, надежда и тут же злость на эту надежду.
Она не могла принять решения, опасаясь маршала. Своим недоверием ставила меня на одну планку с ним и не сильно радовалась, находясь в моей компании. Это бесило, злило, но я сдерживался. Меня охватил азарт завоевать её, завоевать её доверие. Неужели, я настолько плох в её глазах?
Сегодня ночью я допросил Бейлиза насчет его намерений по поводу Милы, и попытки ранить её. Тот поначалу возмущался, все отрицал, но оружие, что я подобрал, оставалось прямым доказательством. Любая магическая проверка явно покажет, как девушку одурманили и пытались ранить. После этого ученый заюлил и пытался вывернуться: вроде сам был под дурманом, не осознавал, что делает. После встречи с маршалом, я был в плохом настроении и предложил моим теням использовать Бейлиза как тренажер для магических атак, и, когда тени вышли к нему, ученый проникся. Начал нести какой-то бред про редкую энергию. Что таких, как Мила, единицы, и он просто хотел это проверить.
То, что энергия у Милы необычная, я понимал и сам. Но то, как о ней говорил Бейлиз, с фанатичным азартом сообщая, что, получив её источник, завоевание мира будет пустяком, вызывало тошноту. Силу и власть в руки мужчин дали, чтобы поддерживать и защищать своих алиэри, слишком хрупких и уязвимых в этом мире. А такие, как Бейлиз или Мирран, только и могут, как использовать их. Выкачивая магию, ускорять конец их жизни, отнимая радость и счастье, тормозя процветание нашего мира…
Возможно, Мила чувствовала все это, потому и пряталась в своем мирке, не переступая границ «Тихого места», не впуская туда никого. И меня она просто так туда не впустит. Не довериться, наоборот, каждое мое предложение о помощи будет отвергать, ища подвох и корысть… Корысть… Видимо, придется действовать по-другому. Предложить ей не помощь и поддержку, а именно сделку. Понимая, что я заинтересован не в ней, а, например, в мести маршалу, или укреплении своих позиций, она хотя бы сможет обдумать мое предложение.
Девушка передо мной осторожно пробовала деликатесы из моей страны. С первого куска было понятно, что ей понравилось. Она расслабилась и с интересом пробовала воздушную запеканку, овощной рулет с мясом. Подняв на меня взгляд и осознав, что я наблюдаю за ней, нахмурилась.
— Что? — она явно смущалась от моего внимания, но не хотела этого показывать.
— В прошлом твое платье расцветало разными красками, когда готовил Май. А сейчас трудно сказать, нравится тебе или нет, — я улыбнулся.
— Нравится. Все очень вкусно.
— Я рад, мои люди будут довольны, что тебе понравилось.
— Как они? Вы хорошо добрались до дома?
— Разве тебе Райгон не рассказывал?
— Я особо не расспрашивала. А он отделывался фразами: все живы и здоровы. Всё хорошо…
— Не могу добавить к этому ничего нового, — я продолжал улыбаться, чувствуя ее любопытство. Значит, мы тебе не так безразличны, как ты хочешь показать. — Но, если тебе действительно интересно, могу рассказать подробней.
— Расскажи лучше о сделке и скажи, можно ли сюда пригласить Гордона?
Гордон… Я связался с ним еще ночью. Предупредил, что его госпожа у меня. Этот мужчина, словно отец Милы, устроил мне настоящий допрос. Что? Как? Могу ли я вывезти Милу сразу? Я мог… Но, не захотел. Надо было выпроводить маршала, уладить дела с герцогом, допросить Бейлиза, ночка у меня выдалась та еще. А вдобавок, почувствовав магию Милы, понял, что не хочу ее никому отдавать. Даже её собственным рабам.
— Пока нет, ворота закрыты для всех. Но не переживай, я предупредил его, что ты осталась со мной. Твой Март тоже на свободе. Вчера он вывел свою знакомую и хотел вернуться за тобой. Такая бредовая забота.
— Почему бредовая? — Мила возмутилась моему комментарию и постаралась оправдать его. — Март, и правда, заботился обо мне.