Ольга недовольно посмотрела на меня. Это всегда было чревато.
- Аделина, ты – молодая девушка! Ты должна носить такие женственные и девичьи платья. Почему ты вечно мне перечишь?
Я ничего ей не ответила, не было совершенно никакого смысла в дальнейшей перепалке. Я и так постоянно пыталась её слушаться, делать то, что хочет она, даже, если мне это совершенно не нравилось. Не нравилось мне и то, что никто не учёл моего мнения по поводу того, хочу ли я видеть всех этих людей грядущим вечером. Я понимала, что ступаю эгоистично, думая об этом, возражая любым словам в мою сторону, но этот переезд, негатив, через который мне пришлось пройти в первый день в новой школе, окончательно опустошил меня.
Я сжала это ужасное розовое платье в руках и поднялась в свою комнату. Мне не хотелось выходить к гостям, что-либо обсуждать с ними, вылепив фальшивую улыбочку на лице, смотреть им в глаза и делать вид, что я заинтересована в их персоне. Мерзко!
Но я взяла себя в руки, как делала это всегда: нанесла лёгкий макияж, накрутила локоны не без труда, нарядилась в это ужасное платье и достала из шкафа невысокие каблуки.
Взглянув на себя в зеркало, я произнесла только четыре слова: «Просто переживи этот вечер».
Гости продолжали прибывать. Деловые мужчины со своими семьями не переставали восхищаться домом нашей семьи. Они осыпали мою тётю и меня приятными комплементами, говорили дяде, что он сделал отличный выбор, купив этот дом. На самом деле, всё было не так плохо: да, чопорность этих людей давала о себе знать, но, в основном, гости были приятными и приветливыми. Я даже постыдилась того, что так плохо думала об элите этого города. Моя улыбка приобрела искренность, я даже немного поболтала с молоденькой женой владельца самого элитного ресторана этого города. Милая девушка произвела приятное впечатление, как оказалось, она сама никогда не была в восторге от всех этих светских приёмов.
Тётя снова позвала меня, когда прибыла очередная семья. Я держала улыбку, была в хорошем расположении духа, до тех пор, пока не столкнулась взглядом с Денисом Граниным. Он прибыл вместе с родителями, и от меня не укрылось то, что они с отцом были внешне очень похожи – цвет волос, глаза, черты лица. Денис не отводил от меня взгляда, да и я от него тоже. Должна признать, в костюме он выглядел шикарно, но это никак не меняло моего отношения к нему.
- Максим, добро пожаловать! – дядя Слава пожал отцу Дениса руку. – Мы очень рады, что вы пришли.
А уж я-то как рада…
- Спасибо, Вячеслав, – поблагодарил он. – Спасибо, что пригласили.
- Позвольте представить вам мою семью, – дядя посмотрел на жену. – Это моя супруга – Ольга.
Тётя мило улыбнулась, отвечая на рукопожатия Граниных. Она любила, когда ей уделяют внимание.
- А это – моя дочь Аделина.
Я подобно тёте улыбнусь, правда, натянутой улыбкой и поджала руку всем членам семьи. Когда пришла очередь Дениса, мы оба на секунду замерли. Но я не растерялась – сама проявила инициативу и коснулась руки парня. Я некрепко сжала его тёплую ладонь, сохраняя сдержанное выражение лица.
- Позвольте и мне представить мою семью. Моя супруга – Оксана и мой старший сын – Денис.
- Этот юный джентльмен не единственный ваш ребёнок? – уточнила тётя.
- Нет, – Максим Гранин широко улыбнулся, – у нас ещё двое спиногрызов.
Все рассмеялись.
- У нас ещё сын и дочь, – продолжила мама Дениса, – Алиса и Артём. Двойняшки. Им по семь лет.
Завязался разговор, и вот мои опекуны и семья Граниных чуть ли не лучшие друзья. На самом деле, родители Дениса произвели на меня приятное впечатление – приветливые, интеллигентные, милые люди. И почему их сын не такой, как они?
Денис не переставал на меня смотреть, иногда опускал взгляд, когда я сама переводила глаза на него. Я всё вспоминала вечер на центральной набережной города – не понимала, как Даня Февралёв и этот мальчишка в принципе могли найти общий язык, не то, что дружить.
И тут я увидела, что появилась ещё одна семья – мужчина и женщина средних лет и двое подростков. Парня я не сразу узнала, хотя понимала, что его лицо мне очень знакомо, но, когда я увидела девушку, мне захотелось кричать от злости и гнева. С превосходством и нескрываемой надменностью на меня смотрела Аня Линовская, значит, рядом с ней стоял её брат – Юра.