- Я не смогу подняться, - сказала она мужчинам, покраснев от смущения.
Она еще не была на корабле, а ей нужно было особое обращение.
- Назовите себя! - голова, мрачно освещенная светом от молнии в небе, посмотрела на них.
Один из моряков встал, раскачивая лодку, так что Элинор снова схватилась за край сиденья.
- Леди проходит на борт! Спустить боцманскую беседку!
Через несколько мгновений показалась точка, высоко над ними и медленно начала опускаться. Оказалось, что это какое-то кресло, которое не выглядело устойчиво, моток холста и веревки, которые после распутывания вяло повисли, как детские качели. Моряк помог Элинор устроиться в нем, держа веревки, пока она пыталась поймать равновесие и одновременно не дать платью задраться. Другой молодой человек уставился на ее вздрагивающие губы и не предложил помощь. Матрос со сломанным носом обвязал Элинор ремнями безопасности и снова закричал.
Элинор ахнула, когда «стул» вздрогнул. Она вцепилась мертвой хваткой, потому что, несмотря на то, как надежно закреплена, испугалась. Девушка осторожно смотрела прямо, уверяя себя, что в безопасности. Им приходится делать это довольно часто, и беспокоиться было не о чем.
Беседка слегка накренилась, и она так крепко обхватила веревку, что волокна врезались в ее ладони. Элинор взглянула на один из кораблей, пришвартованных у причала возле черного гладкого бока «Афины» так близко, что она могла бы коснуться его, если бы посмела отпустить то, за что так цеплялась. Молодой моряк что-то крикнул ей, но она не поняла... Чайка пронеслась мимо, с пронзительным криком. Она невольно пискнула и съежилась, а затем почувствовала себя дурой. Это всего лишь птица. И ты не болтаешься на высоте двадцати футов в воздухе, под которым нет ничего, кроме крошечной деревянной лодки, и кто знает, скольких футов грязной воды.
Вскоре ее глаза оказались на одном уровне с палубой, а затем она поднялась над ней и поняла, что беседка была прикреплена к лонжерону. А веревки тянули несколько мужчин, которые действовали так, как будто ее небольшой вес был почти непосильным для них. Несколько членов команды вышли вперед, чтобы помочь ей встать. Они оба выглядели озадаченными ее внешностью, как будто они не ожидали ее увидеть. Что, конечно же, не так.
- Я бы хотела поговорить с капитаном Рамси, пожалуйста, - сказала она.
Они посмотрели друг на друга, потом на нее, их выражение замешательства углубилось.
- С капитаном? - спросил один. -
Чего вы хотите от капитана?
- Это мое дело, - ответила Элинор в самой аристократической манере, немного смягчая ее безмятежной улыбкой. Она едва могла понять его сильный акцент. Еще одна проблема, она не учла при посадке все безумие, которым являлось это путешествие. За ее спиной, веревки и шкивы снова заскрипели. Это было похоже на изучение иностранного языка.
- Кого вы притащили на борт? - к ней подошел черноволосый мужчина в звании лейтенанта. Он казался раздраженным. - Мы не ожидали ... прошу прощения, кто вы?
- У меня есть дело к капитану Рамси, - сказала Элинор таким же твердым тоном.
- И что это за дело? - у лейтенанта была прыщавая кожа и нос с горбинкой, что придавало ему вид несколько захудалого эльфа.
- Личное дело. Вы можете провести меня к нему, лейтенант?
Лейтенант осмотрел на нее сверху, до низу, почти плотоядно, как будто у него было подозрение, что за личное дело у нее может быть с капитаном.
И снова, интересно, что же во мне, заставляет людей верить, что я открыта для самых аморальных поступков.
- Конечно, - сказал он. - Следуйте за мной.
Везде были веревки, темно-коричневые толстые пряди, натянутые, как колыбель гигантского котенка, от мачт к парусам, а оттуда на палубу, где намотаны круглые штыри и огромная катушка с выступающими из нее спицами. Мужчины проходили по палубе, таща большие веревки и деревянные ведра и других вещи, название которых она знала. Они шли мимо Элинор, бросая на нее взгляды, но не прекращая своей деятельности. Матросы были удивительно спокойны, говоря чуть повысив голос, редко крича на товарищей, но, похоже, все же неплохо понимали друг друга.
Элинор подняла глаза к парусам и заметила людей, цепляющихся за мачты и перемычки - она должна хотя бы узнать названия частей корабля, если хотя бы номинально была частью экипажа капитана Рамси. Они начали разворачивать белые паруса, и Элинор задумалась, хватит ли ветра, чтобы вытащить их из гавани, или они могут быть заперты здесь, в Дептфорде, несколько дней. Дни, в течение которых отец мог ее найти.