Хроки едва слышно фыркнул. И Рерику это явно не понравилось.
– Я знаю, что из-за Серого Медведя ты потерял свою семью и дом, – продолжил я. – Не в моих силах вернуть тебе сына, но я дам тебе достаточно земли и людей, чтобы ты смог построить…
– Нам суждено сражаться вместе, Антор. – Рерик шагнул вперед, взялся за рукоять «Черепокола» и склонился надо мной. – Но никогда я не назовусь человеком того, кто служит Серому Медведю. И никогда у меня не будет иного дома, кроме Эусвика.
Сверкнув напоследок глазищами, сэконунг буквально вырвал у меня подаренную секиру, развернулся и зашагал прочь. Хроки сердито сопел, но даже ему оказалось нечего сказать. Да уж, неприятно… Впрочем, едва ли самая моя большая проблема сейчас – это упрямый старик.
– Сколько дней ты хочешь пробыть в Альвсбуне? – спросил Хроки.
– Один. – Я устало плюхнулся обратно на бревно. – Гидья успеет поставить на ноги всех, чьи раны не тяжелы, а остальные останутся здесь. Вигдис и ее люди пойдут с нами, а Альвсбуну понадобится хоть какая-то защита. Одному Всеотцу известно, сколько еще ярлов Черное Копье отправит на юг.
– Верно, – кивнул Хроки. – Мы похороним убитых, как подобает, и заточим мечи. А на рассвете ты поведешь нас в горы. И там мы дождемся тех, кто придет из Карболе, из Хавердала и из Эльгода?
– Ты дождешься. – Я едва мог бороться со сном. – И ты поведешь хирд на Барекстад.
– Я? – Хроки удивленно захлопал глазами. – Наш ярл ты, Антор. Разве можешь ты оставить своих людей перед битвой?
– Когда придет время сражаться, я снова буду с вами, – отозвался я. – Но завтра на рассвете мне придется уйти.
– Тогда позволь мне отправиться с тобой! – Хроки тряхнул головой. – И возьми остальных хускарлов! Люди Черного Копья уже бродят по всему Барекстаду – если с тобой что-то случится, нам не победить!
– Нет. Ты нужен мне здесь, – отрезал я. – Одиночке проще проскользнуть там, где не сможет пройти целый хирд. А если уж я попадусь людям Ульвара… десяток мечей помогут немногим больше, чем один.
– Это так. – Хроки вздохнул и уронил голову на грудь. – Но скажи хотя бы, куда ты направишься.
Я не ответил – и не потому, что у меня имелись какие-то особые секреты. Но едва ли даже мой лучший друг и хускарл поймет, зачем я собираюсь навестить старую болотную ведьму. Хроки родился воином, и все колдовские штучки наверняка покажутся ему лишь напрасной тратой времени. Но я сильно сомневался, что смогу выиграть войну с Черным Копьем одними лишь мечами.
А значит, пришло время обратиться за помощью к миру духов. Но для начала – по-человечески вымыться и поесть. И, наконец, поспать в реальном мире.
Глава 40
Звонок телефона застал меня на выходе из ванной. Славка. И какого йотуна ему понадобилось?.. После бессонной ночи мы оба еле держались на ногах – как в вирте, так и в реале – неужели не свалился спать? Но нет – трезвонит… Первой моей мыслью было нажать отбой или хотя бы выключить звук, а потом с разбегу плюхнуться на диван и вырубиться, не вытираясь… Но то ли любопытство оказалось сильнее, то ли прохладный душ и разрекламированный освежающий гель вдохнули в гудящее ватное тело немного жизни – я все-таки снял трубку.
– Чего надо?
– Абрикосище! – рявкнул Славка мне прямо в ухо. – Стратег! Полководец! Наполеон! Кутузов, Александр Македонский! Суворов!
– Ага. – Я сдернул с крючка полотенце. – Спасибо, хоть не Гитлер.
– Прими мои поздравления. – Славка излучал столько незамутненного счастья, что я бы не удивился, если бы из динамика телефона прямо мне в ухо потек мед. – Победитель! Ты теперь у нас герой. Кланлид меня уже второй раз вздрючил, что я тебя упустил.
– Всеотец миловал, – усмехнулся я. – Ты по делу звонишь, или так, чисто поржать?
– Ну, вообще-то по делу. – Славка вмиг посерьезнел. – Я уж не знаю, что тебе дядька по поводу всей этой кутерьмы говорит – ты же у нас лицо особо приближенное…
– Видать, не особо. – Я зажал телефон плечом, обмотал полотенце вокруг пояса и прошлепал на кухню. – Ничего мне не говорили. Я уже недели две в свободном полете. Никаких новых указаний. Так, развивайся, стройся, радуй ярла и конунга…
– Ага. Странно, что тебе ничего не сказали, ты же у нас на Барекстаде прима-балерина… – Славка, похоже, искренне удивился. – Тогда вот тебе инсайд сверху: война с конунгом Ульваром Черным Копьем – это очень важное событие. Очень.
– Вот ты мне Америку открыл. – Я распахнул окно и подставил влажную кожу прохладному вечернему ветерку. – Это я уже заметил. Весь остров на ушах стоит.
– И не только остров, – отозвался Славка. – Кроме шуток – все куда серьезнее. Скоро к нам на Барек подтянутся топы клана. «Волки севера» в полной боевой готовности.
– Даже так? – Я поежился и потянулся за чайником. – Прям в полной, прям в боевой?
– Да ваще, – хмыкнул Славка. – В общем, намечается нечто масштабное. Но пока не очень понятно, что именно. Так что будь готов.
– К чему?
– Ко всему. – Славка на мгновение задумался. – Честно – я сам не понимаю, что они там задумали. И когда именно начнется этот самый Биг Бадамум – хрен его знает.
– Ага. – Я глотнул из чашки уже успевшей остыть воды. – То есть, в переводе на русский, сильно не факт, что «Волки» помогут прижучить Ульвара на горяченьком?
– Сильно не факт, – подтвердил Славка. – У нас две трети клана сейчас по уши в Империи, воюют какого-то там барона. Пока выберутся – непонятно. А телепортов, как ты понимаешь, не завезли.
– Ясно. – Я сделал еще один глоток и отправил кружку в раковину. – Короче, как всегда. Все сами.
– Похоже на то. – Славка протяжно вздохнул. – Но ты не боись, мы-то все с тобой. Тем более, ты у нас победитель по жизни. Я вот не сомневаюсь, что ты затащищь, старый абрикос.
– Твои слова, да Одину в уши, – отозвался я. – Ладно… Слушай, а ты вообще знаешь что-нибудь про этого Черного Копья?
– Да ничего особенного. Жил да был ярл Ульвар, сидел себе спокойно на острове Арнхольт. Конунга слушал, кашу кушал, медовухи сверх меры не пьянствовал. А где-то с недели три назад взял и захватил соседний остров Скаген. А потом – соседний остров Тосинге. Причем почти без боя – прямо как ты весь юг Барека. Назвал себя конунгом. Дальше знаешь.
Знаю. И даже более того – догадываюсь, откуда ноги растут. Если какой-нибудь нищий барон или странствующий рыцарь вдруг стремительно начинает обрастать золотом, войском и союзниками… и так далее по Романову. Судя по тому, как стремительно Черное Копье попер вверх по карьерной лестнице, явно не обошлось без очередного осколка «Светоча». И этим вполне можно объяснить интерес «Волков севера». Если топ клана действительно сидит на окладе у уважаемого Викиного дядюшки, их наверняка сгоняют на Барекстад, чтобы этот самый осколок отжать.
Но тогда не очень понятно другое – почему рукоятку всемогущего ключа от «Гардарики» оставили мне? Славкин «дядька» Юра высказался предельно ясно, но Павел Викторович зачем-то виртуозно наврал про «Светоч», выставив абсолютный артефакт всего-навсего имбалансной плюшкой, этаким атавизмом ранних версий игры. Вредным, неприятным – но уж точно не стоящим особо пристального внимания. Таким, который не жалко дать поиграться бестолковому бывшему мужу племянницы. А заодно и привлечь этого самого бывшего мужа к работе, чтобы…
Чтобы что? К чему такие сложности, если можно было просто чуть поднажать на меня, и тут же выложил бы «Светоч»? Как миленький – на тему собственного упрямства и характера особых иллюзий я не питал. И пусть пятнадцать единичек Воли без особого труда скручивали местных вояк и тэнов, с Павлом Викторовичем этот номер бы не прокатил. Председатель совета директоров гигантской и почти всемогущей «R-Corp» – и какой-то там безработный писатель. Да он таких, как я, на завтрак пачками ест…
Нет, бояться моего любопытства ему уж точно незачем. А вот привлечь на свою сторону, ввести в уравнение еще одну переменную – игрока на коротком финансовом поводке – вполне возможно. Павел Викторович вполне мог заметить ту же закономерность, которую уже заметили и Романов, и я сам: осколки «Светоча» притягивает друг к другу неведомая сила. И если так – почему бы не создать еще одну «точку притяжения»?