Как нас на самом деле мало. Верно. Но разу уж Черное Копье прислал одного из своих воинов – почему бы не поговорить?
Хроки явно отнесся к конспирации серьезнее некуда – мы тащились через сугробы, пожалуй, минут пять. А человека самозванного конунга охраняли аж целый десяток хирдманнов с черно-красными щитами.
Хоть тот вовсе и не выглядел опасным – невысокий и худощавый, облаченный в темную куртку из кожи. Слишком тонкую и легкую, чтобы называться броней. Я не заметил у него никакого оружия. Впрочем, внешность здесь иной раз бывает обманчивой…
S@LT
Разведчик 22 уровня
Сила: 4
Телосложение: 3
Подвижность: 11
Восприятие: 12
Воля: 3
Интересный товарищ. Во-первых – игрок. Нет, конечно, на стороне Черного Копья вполне может сражаться хоть сотня пришельцев из реала, но этот, судя по всему – лицо особо приближенное. Абы кого самозваный конунг не отправил бы в качестве… парламентера?
А во-вторых – игровой класс. Разведчик. Не воин, не предводитель, не берсерк и так далее. Салт (или Солт?) пожаловал сюда не просто так. И, вполне вероятно, переговоры – далеко не единственная его миссия.
– Приветствую тебя, славный ярл Антор! – Коротышка шагнул вперед и склонил голову. – Конунг Ульвар Черное Копье желает тебе доброго здравия! Да стоит твой дом крепко, да не ослабнет твоя рука, да не притупится меч.
– На Эллиге только один конунг, и его имя – Бьерн Серый Медведь. А в остроте моего меча уже убедился Кетил Одноглазый. – Я коснулся рукояти «Звезды». – Зачем ты пожаловал сюда? И как твое имя?
– Я родился далеко отсюда, ярл. И мое имя слишком сложно, чтобы его запоминать, – отозвался коротышка. – Но местные прозвали меня Соль за острый язык.
Солт – соль. Красиво выкрутился.
– Я принес тебе слово моего конунга, – продолжил Соль. – Так слушай же, ярл: Серый Медведь падет. Его меч будет сломлен, его корабли сгорят, а те, кто ему служит, отправятся в Чертоги Всеотца пировать с эйнхериями. Но тебе нет нужды умирать, ярл. Ты могучий воин, о славе твоего хирда говорит весь Барекстад. Черное Копье умеет ценить силу и отвагу. Назови его своим конунгом – и твои дети будут править Барекстадом до скончания времен. А когда стихнут ветры зимы, мы отправимся на южные берега и возьмем столько добычи, что твой драккар не сможет унести и половины. Империя склонится перед волей конунга, а его верные люди получат земли и трэллов.
Однако. Похоже, не один я на севере умею в дипломатию. Черное Копье сулил… в общем, все то же самое, и я сам сулил бы на его месте. Богатство, власть, рабов, земли – стандартный пакет. А уж если ему удастся успешно провернуть подобные финты еще на паре островов Эллиге, Серому Медведю придется несладко.
– Я услышал тебя, Соль, – отозвался я. – И я услышал твоего господина. Передай Черному Копью, что на Барекстаде еще не забыли, что такое честь и верность клятве. Я служу своему конунгу. Убирайтесь обратно на Арнхольт. Убирайтесь, и молите богов, чтобы Серый Медведь казнил только тех, кто предал его, но пощадил их дома, жен и детей. Клянусь Тором-защитником и остальными богами, каждый, кто поднимет меч против меня – умрет. Я сам встречу в бою Черное Копье, убью его и принесу моему конунгу его голову!
Ну, этого я, допустим, делать на самом деле не собирался – негоже гневить высокое начальство в лице Павла Викторовича. Но для пущей драматичности пообещал. Воины с черно-красными щитами одобрительно загудели.
– Черное Копье умеет ценить и верность. – Соль кивнул. – Конунгу не нужны предатели, как не нужны и те, кто готов поклониться любому, кому вздумается назваться конунгом. Но позволь мне сказать тебе еще кое-что ярл. То, что не следует слышать тем, чей разум лишен искры Всеотца. – Соль вдруг подался вперед и заговорщицки подмигнул. – Я желаю говорить с тобой наедине.
– Нет. – Хроки шагнул вперед и взялся за рукоять меча. – Я не оставлю моего ярла.
– Мои слова не для ушей таких, как твой хускарл. – Соль усмехнулся. – Или ты боишься, ярл?
– Мне нечего бояться того, кто пришел с миром. – Я сложил руки на груди. – Он не сможет мне навредить.
Похоже, мои хускарлы были иного мнения, но спорить не стал даже Хроки. Тихо бормоча проклятия, он развернулся и вместе с остальными зашагал к лесу. Соль молчал, провожая их взглядом, и заговорил, только когда мои воины скрылись за деревьями.
– Мужик, да не ломайся ты. – Он вдруг широко улыбнулся. – Все мы про тебя знаем. У местных так башка не шурупит. Ну и слухи… сам понимаешь.
Я постарался изобразить на лице нечто, что должно было бы возникнуть у непися, который вдруг услышал незнакомую речь. Видимо, получилось так себе – и без того радостная лыба Соля (или как правильно – Соли?) стала вдвое шире.
– Артист, – хохотнул он. – Погорелого театра. Да верю, верю. Тебя уже сто лет как с потрохами сдали. Только наш конунг на это дело смотрит иначе, не бойся.
– Иначе? – переспросил я.
Маскировка летела к йотуну… и ладно. Меня буквально разрывало любопытство. Неужели конунг Черное Копье знает об игроках? Если так – то насколько много?
– Ты вообще представляешь, кто мы для местных? – поинтересовался Соль. – Какими они видят нас?
– Разными, – буркнул я. – И каждый видит свое.
– Именно! – Соль хлопнул себя по ляжкам. – Кто-то считает нас сошедшими с небес богами, кто-то – демонами и чудовищами… А кто-то не задет лишних вопросов и ищет возможности там, где другие находят только проблемы.
– И один из них – Черное Копье? – догадался я.
– Шаришь! – Соль показал мне большой палец. – Он копнул чуть глубже и сообразил, что мы ему не враги. Ему нужно золото и власть, а нам – чистый фан. И в этом союзе каждый получит свое. Конунг – острова Эллиге, а мы с тобой – возможность повоевать так, как никогда. Бухло, девки, резня, грабежи – сколько угодно! А зачем же еще мы здесь?
– У каждого свой фан, – фыркнул я. – И я здесь уж точно не за девками.
– Ну и зря. – Соль пожал плечами. – Они тут посочнее, чем в реале, и не выделываются, кстати. Но дело твое. И все равно тебе лучше с нами. Нашему конунгу строго пофиг на любой беспредел, а Серый Медведь, поговаривают, устраивает игрокам окончательную смерть. Если ловит. Оно тебе надо?
Вот как? Выходит, среди сильных мира сего уровень осведомленности ощутимо выше, чем среди простых людей? А Черное Копье и вовсе готов сотрудничать… и не задавать лишних вопросов. Да уж, неудивительно, что Павел Викторович предпочитает наблюдать самозваного конунга в добром здравии. Как говорится – кадры решают все. Что ж. У Черного Копья своя работа. А у меня – своя.
– Шел бы ты отсюда, – произнес я. – Желательно вместе с конунгом своим.
– Значит – нет? – Соль разочарованно вздохнул. – Что ж ты такой дубовый, мужик?.. И что тебе вообще светит? Ну, допустим, юг ты отбил. А у нас на севере пять сотен человек уже сейчас. А остальные завтра утром из Барека пойдут прямо сюда – и что ты сделаешь? Мы вас подчистую вырежем. А того бычару, – Соль указал туда, куда удалился Хроки, – я лично распотрошу. Будет еще на меня бот хренов смотреть, как на г…
– Иди уже, – буркнул я. – Передай конунгу, что… в общем, сам знаешь, что передать.
– Дурак ты. – Соль опустил плечи. – И не лечишься. В общем, привет тебе от конунга.
Я едва успел заметить, как в его руках блеснули два коротких клинка – то ли ножи, то ли кинжалы. И это при том, что никаких ножен на поясе у Соля не было. Из рукавов достал, что ли?..
Коротышка прыгнул вперед, одним махом преодолевая разделявшее нас расстояние. Остро отточенные лезвия нацелились мне прямо в горло. Какое там увернуться или выхватить меч – успеть бы руку поднять… Похоже, у высокоуровнего разведчика имелась абилка, способная разогнать его игровое тело до сверхчеловеческой скорости. Даже мои двенадцать единичек Подвижности и рядом не стояли…
И тут время замедлилось. Крик Хроки, раздавшийся откуда-то из-за спины, свалился на пару октав и повис бесконечной протяжной нотой. Снежинки застыли, замедлив падение. Только Соль все еще двигался – нереально, нечеловечески быстро. Но я уже стал еще быстрее. Пусть ненамного и ненадолго – синяя шкала буквально летела в ноль, даруя мне лишь несколько секунд – но и их оказалось достаточно.