- Я думал ты дама, а, оказалось, ты - воин, но несмотря на это, ты будешь есть и пить то, что скажет хозяин, поняла?
Молодая особа опешила, увидев яростный взгляд Ганса, она сбросила свой пыл и, встав, хотела уйти, но не тут-то было, у Ганса заговорило самолюбие, и дрянь, помешанная с вином, оказала, действительно, дурное воздействие.
- Сядь, сука! Пей!
Девица спорить не стала и покорно выпила, лишь бы не злить хозяина, в голове было одно: как-нибудь уйти. Ганс налил ей еще полный бокал и опять заставил выпить до дна.
Ганс встал и, подойдя к дивану, извлек из-за него нож внушительных размеров, у бедняги от ужаса глаза чуть не вылезли, но, видя, как Ганс распорол подушку и метко метнул нож в висящий на стенке деревянный календарь размером с пачку сигарет, успокоилась и в то же время удивилась меткости в таком состоянии.
- Раздевайся! - грозно приказал он.
Девица со страху скинула форму, думая, пусть лучше трахнет, чем убьет.
- Полностью раздевайся и подойди сюда.
Она разделась, как он сказал, и подошла к нему.
- Нагинайся,- сказал он и повернул ее спиной к себе.
Девица нагнулась в ожидании совокупления. А Ганс взяв с полки бутылку с канцелярским клеем, стал тихо ей поливать на шею. Клей медленно стек до ягодиц и Ганс посадил ее на распоротую подушку.
- А теперь дергай отсюда, птаха,- сказал он, отвесив ей смачный шлепок по заднице.
Девица с приклеенными перьями, как павлин, выскочила на улицу и пустилась бегом.
Ганс, оставшись один, допил вино и отключился, таким его и забрала приехавшая милиция.
Утром Илья, проснувшись, спросил Луизу:
- Ты что, на службу не собираешься?
- Я два отгула взяла за то, что в выходные дежурила.
Илья, нежно обняв ее, после недолгой паузы снова спросил:
- Луиз, я все забываю спросить тебя, что это ты часто такая странная бываешь?
- Какая?
- Ну, смотришь отрешенно, нервная бываешь.
- Работа такая, да и мама меня в семь месяцев родила.
"Так,- подумал Илья,- недоношенная, вот где собака зарыта, а я-то думаю, что это она, действительно, с заскоками или притворяется",- а вслух произнес:
- Девяносто девять процентов вундеркиндов родилось в семь месяцев.
- Да ну! Скажешь тоже.
- Если не веришь, зайди в библиотеку и узнаешь в справочнике, вот взять хотя бы тебя, молодая, а уже майор. Мужики, вон, в капитанах ходят, а они старше тебя.
- Ну, если так смотреть, то, конечно, я достигла многого и в жизни и в военной карьере...
- Все! Луиза, извини, что перебил. Мне надо срочно в одно место слетать.
- А когда придешь?
- Часа через три, а ты поспи,- и, поцеловав ее в щеку, он быстро встал и оделся.
Спустя двадцать минут он узнал от соседей Ганса, что его замели, и пошел к адвокату.
На полпути его окликнули из тормознувшей рядом машины. Илья обернулся и увидел адвоката.
- Степаныч, а я к тебе собрался.
- Неужели, и что это я тебе понадобился?
- Товарища моего забрали, того, что до тебя посылал.
- И что с ним?
- Да так, мелочи, павлина запустил.
- А, это в перьях вчера прибежала одна,- вмешался его водитель.
- Слышал, слышал,- сказал адвокат,- но я не знал, что это тот самый парень. Ну и друзья у тебя.
- Такие же, как и я.
- Не сомневаюсь.
- Да он женщину никогда не обидит, это, наверное, она сама его довела.
- Ладно, дружка я твоего сегодня вытащу, но это мелочи, вскоре тебя постараюсь закрыть, так что в ближайшие дни съезжай в Ташкент и потеряйся на время, через два месяца дашь о себе знать, дело есть на полмиллиона.
- Что за дело и за что закрыть?
- Про дело после узнаешь, а насчет твоей дальнейшей судьбы могу сказать, что тогда Луиза у Чарыева один документ подписала, и, чтобы ему тебя взять, он должен потратить еще неделю, а то и меньше, после того, как он соберет косвенные улики, то постарается тебя не выпустить, что ему и удастся, так как Луиза дорожит его подачками и продаст тебя недорого.
- Спасибо, Степаныч, возьму в расчет.
- Обязательно возьми,- сказал адвокат и распорядился, чтобы водитель трогал.
Илья стоял на остановке, когда перед ним остановился милицейский "уазик", из машины вышел тот самый лейтенант, который забрал его у Ганса.
- Сейфульмулюков, садись в машину,- сказал он.
- Что за дела, начальник?
- Там объяснят.
Через пятнадцать минут он сидел в кабинете у опера.
- Сейфульмулюков,- сказал он,- ты попал в неприятную ситуацию, и чем мы быстрее договоримся, тем лучше будет для тебя.
- Во-первых, за мной никаких дел нет, а, во-вторых, с чего вы взяли, что я с вами буду договариваться?