Во время прогулок по здешней alameda в каждой из таких карет сидели две или три дамы, разумеется, испанки. Женщины тут ездили без шляп или вуалей, но украшали свои прически цветами. Держались они со скромной простотой, что существенно отличало их от жительниц больших городов на севере. То же самое можно было сказать и относительно индианок и метисок, попадавшихся на улицах. Были среди них хорошенькие и даже очень, лишенные лоска и кокетства, присущего столице или Гуанахуато, но зато отличавшиеся естественностью и безыскусным очарованием.
Мерида встретила меня как героя. Отцы города безоговорочно посчитали меня Карлосом Гали и не скупились на помощь, ибо, зная, что экспедиция работала по личному велению короля, решили, что казна с лихвой возместит расходы, которые понесли, принимая меня, местные власти.
А спустя неделю меня в здешнем дилижансе, еще одной разновидности calesa, доставили в морской порт Сисаль. Дорога заняла целый день, и я радовался каждой миле, отделявшей меня от города. Мне не терпелось убраться подальше. Новости до Мериды, располагавшейся на окраине колонии, доходили не скоро, но я уже слышал немало историй о французских шпионах и их заговорах с целью захватить Новую Испанию. А ведь я выдавал себя за Карлоса Гали, то есть человека, который, как мне было хорошо известно, некоторое время работал на французов. Так что лучше поторопиться и уехать, прежде чем меня повесят за его преступления... или выявят мои собственные.
Как назло, ни один корабль не отплывал в ближайшее время в Гавану, а поскольку задерживаться на Юкатане я боялся, то, хотя это был и не самый лучший вариант, нанял шлюпку, которая доставила меня на судно, отправлявшееся в Испанию.
Конечно, я вовсе не возражал против того, чтобы побывать в Испании, ибо как житель колонии был воспитан в убеждении, что Иберийский полуостров, где находятся Испания с Португалией, подобен благоухающим садам Эдема. Однако я поднимался бы на борт корабля с куда большей охотой, не будь у меня оснований опасаться приема, который могла оказать мне Европа.
В Испании сейчас бушевала война, и жители ее отчаянно сражались с ужасным Наполеоном, одним из величайших завоевателей в истории человечества. А я, позвольте напомнить вам это еще раз, отправлялся в Испанию под именем Карлоса Гали, ученого, участника экспедиции, имевшей колоссальное научное значение... Под именем человека, который совершил героический побег, вырвавшись из лап кровожадных каннибалов... И который был французским шпионом.
ЯЗВА НАПОЛЕОНА
Испанцы мужественны, отважны и горды; они – идеальные убийцы. Этот народ не похож ни на какой другой: испанец ценит исключительно себя и любит одного только Бога, которому служит очень плохо.
Генерал де Бернанвиль, армия Наполеона53
Мадрид, Испания, 2 мая 1808 года
В то утро Пако, двенадцатилетний уличный сорванец, вышел из находившейся в самом сердце трущоб лачуги и двинулся по улице. Он обгладывал маленький кусочек жирного мяса на косточке, полученной в благодарность от соседки, ночные горшки которой он выносил. Его мать умерла, и в основном мальчик был предоставлен самому себе, поскольку хотя и жил с отцом, который выгребал навоз в конюшне, тот частенько не возвращался домой ночевать, и для Пако было привычным делом поутру находить родителя в сточной канаве.
Удивительно высокий для своего возраста, этот долговязый парнишка не уступал ростом большинству взрослых мужчин, но был худым, как щепка, поскольку редко наедался досыта. Сейчас Пако шел к центральной площади Мадрида – Puerta del Sol, или Воротам Солнца, – куда со всех сторон стекался народ. С площади толпа по двум улицам – Калье-Майор и Калье-Ареналь – потекла к королевскому дворцу.
Подхваченный общим потоком, Пако слышал повсюду гневные, негодующие слова – люди возмущались неслыханным коварством французов, сначала заманивших к себе в страну и захвативших в плен испанского короля, королеву и наследного принца, а потом вдобавок нагло поправших суверенитет Испании, вознамерившись вывезти во Францию еще и младшего принца, совсем ребенка.
Прислушиваясь к гневным возгласам взрослых, Пако и не подозревал, что эти самые люди, включая и его самого, скоро развяжут на Иберийском полуострове настоящую кровопролитную войну, которая продлится целых шесть лет и сокрушит мечты о мировом господстве одного из величайших завоевателей в истории человечества.