Экспедиция наняла носильщиков, которые как раз перетаскивали багаж отдельных ученых, а также общее снаряжение и припасы. Обычно грузы от Веракруса до Халапы доставляли пеоны из Веракруса. Там, в этом горном перевалочном пункте, их сменяли другие, а пеоны из Веракруса возвращались домой. Сейчас носильщиков из Халапы заменяли людьми, которым предстояло сопровождать экспедицию на следующем отрезке пути, а направлялись ученые на юг, в Куикуилько, город, находившийся чуть дальше столицы.
Я призадумался: будь у меня возможность присоединиться в качестве носильщика к научной экспедиции, я бы, можно сказать, растворился без следа в воздухе, во всяком случае, для охотившихся на меня альгвазилов. Присмотревшись к членам экспедиции, я прикинул, что молодой ученый, которого обхаживал тот lépero, самый для меня подходящий. Эх, до чего же наивный человек этот самый Карлос: он и не подозревает, как lépero отблагодарит его за трогательное простодушие. Это называется – пригреть на груди гремучую змею.
Я приметил этого lépero раньше: он и еще парочка таких же подонков выпивали и смеялись, то и дело поглядывая в сторону молодого ученого алчными, бегающими глазенками. Бездельники явно собрались ограбить испанца, и это меня нисколько не удивляло: такие типы способны запросто перерезать человеку горло, дабы заполучить его сапоги. Да что там сапоги, они готовы сделать это ради носков!
Глядя на простодушного, увлеченного своим делом юношу, я решил, что спасти его от воров и убийц будет для меня делом чести. Правда, действовать следовало с крайней осторожностью, потому что как раз сейчас с руководителем экспедиции беседовали альгвазилы из ближайшего поселения. Я украдкой подслушал их разговор: пузатый альгвазил, этот невежа, едва ли умеющий прочесть собственное имя, вовсю расписывал испанцам, каким великим был этот город во времена ацтекского владычества. Уж я-то знал, что в этих его россказнях нет ни слова правды.
Ага, скажете вы, откуда это, интересно, Хуан де Завала, чьими университетами были конюшни и бордели, вдруг может знать о древнем городе индейцев? Но разве я не был помолвлен когда-то с девушкой, которая упорно выкармливала меня молоком знаний? И пусть я с трудом выносил долгие рассказы Ракель о былом величии индейской культуры, деваться было некуда, и кое-что в памяти осталось.
И вот теперь оказалось, что не зря она рассказывала мне об этом городе призраков и о Теночтитлане, столице ацтеков, на месте которого ныне стоял Мехико.
Я приблизился к молодому ученому, который как раз отошел в сторонку от группы, продолжавшей слушать разглагольствования альгвазила насчет индейских настенных росписей. У меня был соблазн заговорить с ним по-каталански и выдать себя за попавшего в трудные обстоятельства уроженца Барселоны, но как тогда объяснить маскарад с переодеванием в мелкого торговца? К тому же то, что я ему скажу, наверняка довольно скоро дойдет до ушей альгвазила.
Поэтому я приблизился к Карлосу, снял шляпу и почтительно обратился к нему по-испански, придав своему голосу гортанное местное звучание:
– Сеньор, я должен сказать вам кое-что, но, пожалуйста, храните это в секрете, иначе мне грозят неприятности. По моему скромному разумению, сеньор альгвазил рассказывает об истории этого древнего города... не совсем точно.
– А что тебе об этом известно? – с улыбкой спросил молодой ученый.
– Я знаю, что этот город никогда не был ацтекским. Наверняка ацтекские правители наведывались сюда, дабы поклониться своим языческим богам, но сам город был построен за много веков до того, как ацтеки пришли в долину Мехико. И был заброшен задолго до того, как они достигли могущества. В то время, когда ацтеки правили великой империей, здесь было то же самое, что и сейчас. Они бывали тут, совершали свои обряды, но никогда не жили, потому что это место нагоняло на ацтеков страх.
– Откуда у тебя такие познания? – спросил ученый, глядя на меня с интересом.
– Я работал в доме одного ученого в Гвадалахаре, сеньор. Он ничем не прославился, – поспешно добавил я, чтобы мой собеседник не стал выспрашивать имя, ведь, как мне говорили, для славы не преграда даже океан, – но человек был сведущий и порой рассказывал кое-что и мне.
– А твой хозяин здесь?
– Нет, сеньор, он умер несколько месяцев тому назад. Его кончина, увы, оставила меня без крыши над головой и без заработка. Я потому и подошел к вам – прослышал, что вы нанимаете носильщиков для путешествия на юг. Я хороший работник, не своенравный, не пьяница, не из тех, кто нуждается в постоянной порке. Клянусь, если вы наймете меня, то не пожалеете.