Я попытался принять умный вид, но тут наш экипаж проехал мимо стайки хорошеньких девиц, и я не смог удержаться от того, чтобы улыбнуться и помахать им.
Карлос вздохнул и покачал головой.
– Боюсь, ты безнадежен. Вместо души у тебя то, что болтается между ног.
– Но, сеньор, не так уж я и невежествен. Я не ставлю крестик вместо подписи, а умею писать свое имя. И вообще, можно сказать, я почти священник. Подростком я посещал семинарию, вызубрил, как положено, латынь и даже французский, язык мировой культуры.
У него отвисла челюсть.
– Ты говоришь по-французски?
– C’est en forgeant qu’on deviеnt forgeron. Нужно ковать и ковать, чтобы стать кузнецом. Иными словами, нужно работать, не покладая рук, чтобы преуспеть в своем ремесле.
Обрадованный Карлос принялся было трещать по-французски, но мигом спохватился, когда кучер оглянулся и многозначительным взглядом дал нам понять, что сейчас, когда Наполеон оккупировал большую часть Испании, щеголять публично знанием этого языка, пожалуй, не стоит.
– Если у тебя был учитель, который учил тебя французскому, ты должен знать об Encyclopédie, – сказал Карлос.
– Об Encyclopédie?
– Это греческое слово, оно обозначает «Всеобщее образование». Просветители попытались свести воедино все знания, известные человечеству, в одном многотомном собрании книг – в так называемой Энциклопедии. Ее составили во Франции задолго до нашего рождения.
Его голос упал до взволнованного шепота.
– Но энциклопедии существовали еще во времена Спевсиппа, племянника Платона, собравшего воедино знания своей эпохи. В Древнем Риме подобными трудами прославились Плиний Старший и Гай Юлий Солин, однако нам, испанцам, еще только предстоит создать такой универсальный сборник. Увы, мы слишком давно находимся под железной пятой подавляющих всякое свободомыслие королей и религиозных догм.
Карлос схватил меня за руку.
– Хуан, нет иной причины, почему другие страны опережают нас в составлении энциклопедий, ведь испанцы внесли весомый вклад в общечеловеческую копилку знаний, и некогда мы были в числе первых на благородной стезе их распространения. Святой Исидор Севильский еще в седьмом веке основал в каждой епархии школы, где обучали искусствам, медицине, праву и точным наукам. Он написал «Этимологии», своего рода энциклопедический справочник того времени, а его «История готов» и по сию пору считается важным источником сведений об этой древней культуре. А ведь это было тысячу лет тому назад!
И он далеко не единственный испанец, пополнивший сокровищницу науки. Многие великие мыслители всех времен освоили индуктивный метод, изложенный в «De disciplinis», сочинении Хуана Вивеса, но стоит ли удивляться, что этому выдающемуся человеку пришлось бежать из Испании, в страхе перед ищейками инквизиции.
Карлос покачал головой и поморщился.
– Педро Мексиа и брат Бенито Херонимо Фейхоо, оба были осуждены инквизицией. Гаспар Мельчор де Ховельянос писал свои труды в ее застенках. Пабло де Олавиде, Хуан Мелендес Вальдес, сестра Хуана здесь, в колонии, – все они жили в смертельном страхе перед инквизицией. Вряд ли ты удивишься, услышав от меня, что церковь запретила и саму «Энциклопедию», составленную великими д’Аламбером и Дидро.
Я пробормотал что-то, стараясь изобразить сочувствие и изумление, хотя, откровенно говоря, после того как меня столь стремительно низвергли с неба в ад, превратив из гачупино в lépero, я уже мало чему удивлялся. А вот Карлоса праведный гнев поверг в дрожь, и ему даже пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы малость успокоиться.
– Теперь ты понимаешь, почему давеча ответ библиотекаря настолько возмутил меня.
– Боюсь, не совсем, – пробормотал я, ибо, честно говоря, так и не понял, с чего это мой друг так взбесился, когда ему не захотели выдать манускрипты.
– Главный библиотекарь солгал. Они просто-напросто сожгли эти манускрипты, ибо, следуя примеру епископов Сумарраги и Ланды, задались целью уничтожить все свидетельства индейских цивилизаций, существовавших в Новом Свете до Конкисты. Эти невежды предпочли избавиться от оставленных им на хранение рукописей, потому что все неизвестное пугает, а они не поняли их содержания. А знаешь, почему они не поняли того, что записали индейцы? Потому что испанцы так и не сумели расшифровать эту письменность.
Ты понимаешь, Хуан, какой вред нанесли религиозные фанатики вроде упомянутого Сумарраги? Осознаешь последствия их действий? До Конкисты у ацтеков существовала зрелая цивилизация, развитое общество со сложившейся системой управления, торговлей, искусством, медициной и точными науками. У них были книги, точно так же как у нас, хотя их письменность и отличалась от нашей. Индейцы изучали Солнце, Луну и звезды, они составили календарь, причем более точный, чем тот, которым пользуемся мы. А еще у ацтеков имелись лекарства, которые действительно исцеляли, а не то крысиное дерьмо, что прописывают многие из наших недоучек-докторов.