Она подняла руку и провела кончиками пальцев над стеклом, боясь коснуться.
- Чэнь Юн, это сделал ты?
- Да. Тебе нравится? – он пристально смотрел на нее.
- Это прекрасно, - она поцеловала его. – Спасибо, - сказала она, едва дыша, когда они расступились.
Чэнь Юн прислонился к одному из столов, не отпуская ее руку.
- Отец помогал. Подбирать цвета сложнее всего, - он кивнул на витраж. – Это моя третья попытка.
Она обошла витраж, разглядывая его под разными углами, он следовал за ней, они держались за руки.
- Запоздалый подарок на день рождения, Аи Линг. Бамбук напоминает о твоей силе.
Она улыбнулась ему.
- Разве сила – не дуб?
- Я опирался на символы Ксии, - сказал он. – Я запомнил, что тебе понравились богини Луны и Плодородия. И подобрал похожие цвета. И я всегда думаю о тебе, когда вижу ночное небо.
Как и она всегда думала о нем.
- Мне нравится, Чэнь Юн.
Он покраснел, а ей стоило больших усилий не броситься в его объятия.
- Я рад. Мастерская почти готова, но нам нужны еще инструменты и материалы из Цзян Дао, - он притянул ее ближе, руки соскользнули к ее бедрам. – Отец хочет вернуться весной. Я хочу, чтобы ты поплыла с нами.
- Что?
В окно залетало пение птиц, звучавшее сладко и страстно.
- В этот раз у тебя будет своя каюта, - сказал он.
- Что ж, нет.
Чэнь Юн откинул голову и рассмеялся.
Она покраснела, коснувшись ладонями его груди.
- Я хочу, но что подумают люди? Это будет не…
- Прилично? – он вскинул брови. – Вот так? – он нежно укусил ее за шею и прижался губами к тому же месту.
- Чэнь Юн! – она ударила его кулаком по плечу, хотя ее тело тянулось к нему в ответ.
- Ты ведь уже путешествовала…
- Но я думала, что ты в опасности, - сказала она.
- Нельзя судить о том, что никто не может понять. Случившееся с нами было невероятно, Аи Линг. Случившееся с тобой – уму непостижимо. А те, кто осуждает нас, уже появились, - он посерьезнел. – К тому же, какая разница, что думают люди?
- Мне важно, что думают родители, - сказала она после паузы.
Чэнь Юн кивнул. А она, восхищенная тем, как на его лице пляшет свет, проходящий через витраж, не могла отвести взгляд от его лица.
- Отец говорит сейчас с твоим отцом. Он скажет, что тебе и твоей семье в этом поместье всегда рады. И в этом, и в том, что в Цзян Дао. А ведь твой отец спас мне жизнь, так что мы уже как семья, - он оглядел мастерскую. – Здесь даже негде сесть. Я покажу тебе сад.
Они шли по выложенной из камней дорожке под пение птиц, и оказались у пруда, окруженного камнями, того самого пруда, что она заметила раньше. Под гранатовыми деревьями стояла беседка, но Чэнь Юн прошел к пруду и сел на плоский камень, отвернувшись от водопада.
Она стояла перед ним, греясь в лучах солнца.
- Прекрасное поместье.
Он щурился на солнце и притянул ее ближе, обвив руками ее талию.
- Думаю, дом подходит отцу, - серебристые и оранжевые рыбки плавали в пруду за ним, высовываясь из воды за воздухом.
- Я хочу поплыть с тобой, Чэнь Юн, - она смотрела на него. – Хочу. Но это будет эгоистично.
- А если мы будем помолвлены? – тихо спросил он.
Она попятилась, вырываясь из его объятий.
- Ты… твой отец просит о свадьбе? – она едва не упала в обморок. – Что сказала твоя мама?
- Матушка была расстроена, когда я разорвал организованную ей помолвку, - Чэнь Юн уперся локтями в колени и сцепил ладони, словно не знал, чем занять руки. – Я объяснил ей свои чувства к тебе. И она сдалась, хоть и назвала меня безнадежным романтиком.
- А твой отец? – в горле пересохло. Ей нужно было сесть.
- Он хочет того же, что и я, Аи Линг. А я хочу того же, что и ты. Я хотел бы больше не расставаться… Ты ведь тоже этого хочешь? – он прочистил горло. – День без тебя уже слишком длинный. А месяц будет невыносим, - он провел рукой по волосам, опустив взгляд.
- Ты постригся, - прошептала она, не зная, что еще сказать.
- Потому что так проще работать в мастерской, - он не двигался, и она коснулась пальцами его волос, что были густыми и мягкими. Ей и не нужна была сила, чтобы чувствовать его желание и любовь.
- Помнишь нашу первую встречу? – спросил он.
Она засмеялась, вспомнив.
- Ты понравился мне, хотя я того не ожидала. Ты сказал, что твоя невеста должна мести двор и кормить тебя с ложечки супом.
Уголки его рта поползли вверх.
- Это ты сказала. А я согласился.
- Не думала я тогда, что мы еще увидимся, - она все еще гладила рукой его волосы. Его руки держались за край камня, словно он боялся резких движений.