Гектор с серьезным видом кивнул.
— Почему бы и нет? Куда вас отвезти? В Дамфриз?
— А до Калайла, где начинается автомагистраль, не дотянете?
— Шестьдесят миль. И обойдется недешево.
— Сколько?
Гектор бросил взгляд на Ангуса и нервно облизнул высохшие губы:
— Тысяча. С вами, друг мой, опасно. Даже очень опасно.
Кассен открыл сумку, достал оттуда пачку денег, отсчитал десять пятидесятифунтовых бумажек и положил их на стол.
— Пятьсот.
— Хм, я не знаю… — начал было Гектор.
— Не будь дураком! — не выдержал Ангус. — Тут денег больше, чем мы видели за все последние месяцы. — Он повернулся к Кассену. — Я сам доставлю вас в Калайл.
— Значит, договорились. — Кассен встал. — Думаю, что у вас найдется комната?
— Естественно. — Гектор начал суетиться. — И даже отдельная для дамы.
— Спасибо, нам и одной хватит, — сказал Кассен, когда они шли по выложенному кафелем коридору.
Поднявшись по скрипучей лестнице, Гектор открыл первую же дверь, и они вошли в просторную спальню с потемневшими от сырости обоями в цветочек. Спертый воздух, запах гнили. Посредине — старая двуспальная латунная кровать с матрацем, пережившим лучшую пору, и сложенными на нем армейскими одеялами.
— Туалет рядом, — сообщил Гектор. — Ну а теперь оставлю вас одних.
Он вышел и затворил за собой дверь. Они слышали, как он спускался по лестнице вниз. На двери был старый, заржавевший засов, который Кассен не преминул задвинуть.
В комнате была еще одна дверь с торчавшим в замочной скважине ключом. Он отпер ее и выглянул на лестницу, ведущую прямо во двор. Кассен прикрыл ее и снова запер. Потом спросил девушку:
— Ну как?
— Брр, еще и этот тип с гадкими глазищами. — Она поежилась. — Он похлеще, чем Мюррей. — Моронк помедлила. — Можно, я буду называть тебя просто Гарри?
— Почему бы и нет?
Он быстро развернул шерстяные одеяла и бросил их на матрац.
— А теперь что будем делать? — спросила она.
— Отдохнем, поспим немного. Сюда никто не войдет, по крайней мере, сейчас.
— Ты думаешь, они отвезут нас в Калайл?
— Нет. Но я не думаю, что они предпримут что-нибудь до темноты.
— С чего ты взял, что они собираются что-то предпринять?
— Да у них это на рожах написано. Ну, ладно, ложись и попробуй заснуть.
На кровать он улегся прямо в плаще, не снимая правой руки со «стечкина». Она вытянулась на другой стороне кровати. Так она лежала некоторое время, а потом повернулась и прижалась к нему.
— Мне страшно.
— Тес, — он обнял девушку одной рукой. — Тихо. Я же здесь. Со мной никто не посмеет тебя тронуть.
Дыхание ее скоро стало глубоким и ровным. А он лежал, подложив ей руку под голову, и думал. Конечно, девушка была обузой, и он сам не знал, как долго сможет тащить ее за собой. Правда, он был ей обязан, и делать то, что он сейчас делает, было его моральным долгом. Он посмотрел на ее чистое лицо, еще не обезображенное жизнью: вот оно — добро в мире зла. Кассен закрыл глаза, отдался этим мыслям и наконец заснул…
— Нет, ты видел эту кучу денег? — спросил Гектор.
— Еще бы, — ответил Ангус.
— Я слышал, как он запер дверь.
— А то. Явно не дурак. Ну да плевать. Рано или поздно он выйдет. Тут-то мы его и возьмем.
— Поскорее бы, — прошамкал Гектор.
Его брат налил себе виски.
— И не забудь, малышка — моя.
Девлин, Фокс, Трент и Броди ехали из Данхилла в Лервик в старом синем форде «Люизит», взятом сержантом напрокат в какой-то автомастерской. Наконец Броди остановил машину у небольшого магазина и вошел внутрь. Остальные остались ждать в «форде». Через несколько минут он вернулся и снова сел за руль.
— Сегодня утром Гектор Мангоу приезжал сюда за покупками. Старуха продавщица из магазина по вечерам стоит на розливе в пабе. Оба Мангоу на месте, но чужих на ферме нет. Иначе она бы заметила.
Девлин оглянулся и посмотрел через заднее стекло. Одна улица несколько маленьких домов из тесаного гранита, паб и магазин — вот и вся деревня. На окраине виднелись крутые склоны гор.
Броди запустил мотор, и они поехали по узкой улице вдоль сложенных из полевых камней заборов.
— Это единственный подъезд к ферме, — пояснил он.
Еще через несколько минут он произнес:
— Если не хотим быть замеченными, пора останавливаться.
Он затормозил, и все вышли.
— Сколько еще? — спросил Трент.
— Где-то четверть мили. Я пойду вперед и покажу дорогу.