— Ты когда — нибудь здесь терялся?
— К счастью, нет. Но я видел кости тех, кто имел это несчастье.
— Что ж, это обнадеживает.
— Пойдем, — позвал Малкадор. — Держись ближе, и я покажу тебе, где ходили боги.
— Я видела такие места, — сказала Аливия. — Они наполнены кровью и телами смертных.
Бъярки и Абидеми призывают силу своих мировых духов.
КНИГА ТРЕТЬЯ
ЗАЛ ЛЕНГ
8
Главная роль
Масштабы опустошения было сложно осмыслить.
Глядя сквозь треснувшее и затянутое пленкой бронестекло кружащего «Штормового орла», Промей догадался, что весь девятнадцатикилометровый участок Западного Полушария принял на себя основную тяжесть последней атаки.
По всей стене полыхал огонь, и черный, как сажа, дым окутал крепостные валы.
Завеса пыли и распыленной крови наполняла каждый вдох привкусом металла.
Стена целиком представляла собой сцену ужаса, но Промей сосредоточил свой взгляд на разломе, где взорвался атомный заряд.
— Уровень радиации слишком высок для не-астартес, — отметил пилот по воксу.
Его звали Кандалло, и он был стойким воином в желтых доспехах Имперских Кулаков. Его правая рука отсутствовала, как и большая часть левой ноги. Нейро-активаторный кабель крепился к обрубкам армированной проволокой, что позволяло воину управлять «Штормовым орлом» одной рукой, пока его не снабдят аугментикой, которая позволит вернуться на передовую.
Потрескивание радиационного счетчика судна становилось настойчивым, и в итоге превратилось в непрерывно гудящий фон, перекрывающий даже оглушительный рев двигателей «Штормового орла».
— Я принял высокую дозу противорадиационных препаратов, — сказал Промей, — и к тому же не собираюсь задерживаться здесь надолго.
— Каждая минута на этих уровнях тянется слишком долго.
— Тогда я буду действовать быстро.
— Будьте уверены, так и придется.
Промей знал, что приближаться к последствиям атомного взрыва было безрассудно опасно, но ноющее ощущение чего — то ужасно неправильного грызло его изнутри так, как голодная собака вкусную кость. Он не знал, что именно шло не так — только то, что так не должно быть в фундаментальном смысле.
Кандалло вел штурмовик низко со стороны северо-востока, держась как можно ближе к разрушенным крышам. Воздушное пространство внутри «Эгиды» жестко контролировалось, и все, что находилось в воздухе, считалось мишенью, если не было доказано обратное. Разрешение на полеты в пределах Дворца исходило от самого Сигиллита — по причине связи между Промеем и Магнусом — и даже при этом, на простом ментальном уровне было очевидно, что орудийные сервиторы на стенах отслеживают их передвижение.
Промей пытался и не мог осознать масштаб сражения, которое здесь произошло — как невозможно было охватить и любое другое сражение в этой осаде. Бесчисленные трупы усеивали стены и склоны перед ними — тела растерзаны, ужасно изуродованы и расчленены настолько, что по останкам невозможно было даже предположить количество погибших.
Тысячи? Десятки тысяч? Просто еще один день, еще одна ночь на Терре.
Сотни раненых, покрытых кровью, в состоянии травматического шока, ковыляли подальше от стен. Многие потеряли конечности и, казалось, даже не замечали этого, либо несли их в свертках из своей униформы. Несчастные, ослепленные вспышками, передвигались на ощупь вдоль стен или опирались на своих рыдающих товарищей. Число погибших здесь было пугающим, но раненых было во много раз больше.
— Даже если мы победим, то какой ценой…? — прошептал Промей.
Его взгляд задержался на группе Кровавых Ангелов, пробирающихся сквозь толпы раненых. В ярости атаки огонь слизал красный цвет с доспехов Астартес. Что — то в их манере держаться показалось Промею необычным, но дрейфующий туман скрыл землю, а когда развеялся, то они уже исчезли из вида.
Человеческие останки перемешались с телами Астартес и других существ из плоти, покрытых всклоченной шерстью, чешуей или грубой кожей. Атака не закончилась с прибытием IX и VII легионов — потребовались объединенные усилия Кровавых Ангелов, Имперских Кулаков и армейских резервов в загерметизированных танках, чтобы сбросить Тысячу Сынов и их звероподобных союзников со стены. Тварей опалила радиация, и их истощенные тела покрывались волдырями, а плоть стекала с костей, но они продолжали сражаться зубами и когтями, лишь бы удержать стену.
Кровавые Ангелы Тамаи закрепились по флангам разлома, а нерушимая стена Имперских Кулаков во главе с Иаконом удерживала и восстанавливала центр. Над стеной дрожала дымка разогретого воздуха, отряды зачистки заливали брешь быстросхватывающимся локритом, укрепляли поверхность арматурой с дробеструйным упрочнением, устанавливали генераторы отражающего поля на уцелевших частях бруствера.