Джейсон пришел сюда вовсе не за мной. Но тем не менее произошло то, о чем он любил повторять снова и снова. В этой игре не бывает случайностей. Он все-таки нашел меня. И он был прав, когда обещал, что я горько пожалею об этом.
Я все еще смотрел на экран.
Лагерь Джейсона находился в трех часах езды отсюда. Ночью же грузовикам понадобится не меньше четырех. Вероятно, они еще в пути.
Мое предположение строилось на том, что они до последнего будут ждать Джейсона и Орри.
Давайте посмотрим — да, вот и они. Все машины, кроме одного грузовика и одного микроавтобуса, двигались обратно к лагерю. Я посмотрел на часы. Они отправились обратно около пяти, значит, в любой миг могут прибыть на базу.
Но их связывал Джейсон.
Что он собирается делать?
Даже если он выедет сразу же, как только доберется до одной из двух спрятанных в каньоне машин, все равно раньше полуночи до лагеря ему не доехать.
Мне в голову пришла одна мысль.
Наверное, не получится.
Но попробовать стоит.
Я взял телефон и вызвал военного губернатора Санта-Круз. Ответил женский голос.
— Говорит майор Дьюк Андерсон, Спецсилы. Мне необходимо поговорить с губернатором.
— Простите, но ее нет.
— Наверное, вы не расслышали. Я сказал: Специальные Силы.
— Я вас поняла. Полковника Райт нет на месте.
— С кем я говорю? — спросил я.
— С лейтенантом Гейл Бикер.
— Благодарю, лейтенант. У меня есть сообщение для полковника. Если она не получит его сегодня вечером, то вы можете стать рядовой Гейл Бикер, Имя дядя Аира вам что-нибудь говорит?
— Э… будьте на связи.
Через секунду в трубке послышался другой голос: — Полковник Райт у телефона. Кто говорит?
— Майор Дьюк Андерсон из Спецсил. Я изучаю степень заражения червями в вашем районе. Сегодня днем я стал свидетелем нападения ренегатов на полуостров и обнаружил их базовый лагерь. У нас очень мало времени, полковник. Мы должны ударить по ним сегодня же ночью. Я знаю эту группу. Они ревилеционисты. Они снимутся с места еще до утра, если поймут, что обнаружены. Вы можете организовать ночной рейд?
— Майор, — возразила полковник Райт, — мои войска не готовы к подобным операциям.
Все верно. Канцелярский батальон. Пережиток недавних времен, их задача — вовремя запускать нужные программы.
— У вас есть пилоты? Вертушки? Люди, способные нацелить оружие нужным концом в нужную сторону?
— В моем распоряжении три команды, которые мы используем главным образом для спасательных операций.
— Сойдет. Соберите их, пожалуйста.
— Майор, я понимаю срочность…
— Нет, полковник, не понимаете. Эти люди взяли в заложники детей. То, чего вы не знаете, заключается в следующем: покинув лагерь, они не возьмут с собой заложников. Они скормят их своим червям, чтобы те могли продержаться неделю до следующей кормежки. Это — дети с полуострова. Есть шанс спасти их, но действовать надо немедленно. Все, чего я требую, — так это опросить ваших людей, не найдутся ли среди них добровольцы для конкретной спасательной операции. Сообщите им, что по ходу дела возможна кое-какая стрельба. Честно говоря, они могут твердо рассчитывать на это. Я лично беру на себя ответственность за планирование и проведение операции. И я пойду первым.
Какое-то время трубка молчала. Потом полковник Райт сказала: — Ответственность я беру на себя, майор. Но вы можете возглавить операцию. Где вы находитесь? Я пошлю машину подобрать вас.
— Не стоит беспокоиться. У меня есть джип. Просто пришлите кого-нибудь встретить меня у ворот аэродрома с чистым комбинезоном.
— Я сама вас встречу, — пообещала она и дала отбой. А эта леди ничего. В регулярной армии начальники обычно лишь приказывают.
Я ударил по клавише и переписал все на диск. Он мне понадобится для отчета. Пока дисковод жужжал, я взял телефон и позвонил Би-Джей.
У меня было подозрение, что она тоже собирается кое-что предпринять сегодня ночью.
44 МЕСТЬ ДЬЮКА
Самое лучшее в войне то, что она делает ненависть нормальной вещью.
Полковник Райт оказалась маленькой леди с длинными черными волосами и брюзгливым выражением лица. Она неодобрительно посмотрела на меня, когда я подкатил к воротам.
— Мне это не нравится, — заявила она, протягивая мне комбинезон. Я натянул его прямо на одежду. На рукаве были майорские нашивки.