Далее кое-что о данном племени ренегатов: они без памяти боятся Армии Соединенных Штатов. Это я знаю точно — провел с ними почти год.
Нет, не так.
— Под чужим именем, — поправился я. — Мне нужно было выяснить, как они приручают червей. И я узнал это. А также понял, что они немного перестарались: их так называемые ручные черви боятся воевать. Они побегут от вас. Ну, кто боится? — Я оглядел комнату.
Три руки.
— Чепуха. Мне прекрасно известно, что среди вас гораздо больше наложивших в штаны. Давайте поднимайте руки.
Поднялось еще четыре, нет, пять рук.
— Прекрасно. Благодарю за искренность. Ладно, а теперь — кто хотел поднять руку, но испугался, что будет выглядеть по-дурацки?
Рук поднялось больше.
— Кто сомневается, поднять ему руку или нет? Поднялось еще несколько рук. Получилось уже больше половины.
— Хорошо. Ладно, теперь я обращаюсь к тем, кто еще не поднял руку. Кто должен был поднять ее, но не сделал этого?
Прибавилось еще несколько рук. Мы делали успехи. Кое-где появились улыбки. Отлично. Они начали расслабляться.
— А сейчас все остальные — кто кривит душой, что не боится?
Две руки.
— Если вы до сих пор не подняли руки, сделайте это. Поднялись последние четыре руки.
— Хорошо. Оглянитесь вокруг. — Я поднял руку. Полковник Райт тоже. — Каждый, у кого поднята рука, боится. Сегодня вы должны бояться. Если нет, то не следует отправляться на задание. Я не хочу иметь вашу смерть на своей совести. Мне не нужны храбрецы. Мне нужно, чтобы вы сделали свою работу. Это не составит никакого труда, если вы будете точно выполнять приказы.
Итак, цель нашего рейда — уничтожение червей. Это ваше задание. Черви должны умереть. Разумеется, я понимаю, что прирученный червь может представлять собой определенную ценность. Так вот, хочу предупредить, что в поимке этих ручных червей я не заинтересован. Этих надо сжечь в любом случае.
А теперь разрешите мне изложить то же самое простым языком. Вполне вероятно, что кое-кто из ренегатов заслонит червя, чтобы помещать вам сжечь его. Не прекращайте огня. Убейте обоих. То, с чем мы имеем дело, — Племя. Их самосознание целиком и полностью зависит от хторров. Они воспринимают червей как богов. Их боги должны быть уничтожены, если мы хотим уничтожить Племя.
Встал высокий чернокожий мужчина.
— Сэр! Как мы должны относиться к пленным? Я холодно встретил его взгляд.
— Спокойно. Их не будет.
— Сэр?
— Лейтенант, вам знаком параграф двенадцать?
— Э… да, сэр. Он определяет условия, при которых военнослужащий может предпринять крайние меры.
— Правильно.
Его лицо стало серьезным. Я видел, что он осознал важность момента. Вполне возможно, что сегодня ночью он и его коллеги казнят врагов человеческого рода — включая некоторых двуногих. Счастья он не испытывал.
— Я понял. — Негр сел.
— Спасибо. Еще вопросы? Вопросов не было.
Я проверил свои часы.
— Сорок минут. Пора заканчивать. Полковник Райт сказала, что я могу положиться на каждого из вас. Отлично. Выполняйте приказы, и все будет в порядке. Полковник?
Она покачала головой.
— Мне нечего добавить. Это ваша операция, майор.
— Благодарю. Тогда в путь…
Она кивнула мне, и вслед за солдатами мы вышли к вертушкам.
45 СМЕРТЬ ПО ДОГОВОРЕННОСТИ
Чистота почти всегда токсична.
Всего джипов было восемь, каждый — с огнеметом, установленным на капоте. В каждом джипе сидел один человек с гранатометом и еще двое с «АМ-280».
Эти винтовки спасали от червя только при стрельбе спереди. Надо было залечь как можно ниже и стрелять вверх, в пасть. Костная мозговая капсула снизу была не такой толстой. Удачный выстрел повреждал кору головного мозга, а лазерный прицел винтовки делал попадание очень даже возможным. Нерешительным пользоваться этим оружием не рекомендовалось.
Вертушек было Целое крыло — двенадцать машин. Каждый на базе хотел пойти на задание. Но полковник Райт, опасаясь неприятных сюрпризов, ограничила число участников рейда. Я не возражал.
В намеченном месте вертушки выгрузили десант и джипы и поднялись в воздух, ожидая, когда мы займем исходные позиции. Они поддержат нас с воздуха, включив прожектора и сбросив осветительные шары. Полковник Райт связалась с Денвером, пытаясь организовать нам по пути ближнее освещение с помощью одного из орбитальных солнечных зеркал. Тогда у нас зажглось бы собственное крошечное солнце.