Прихрамывая, палач двинул вдоль забора влево, тщательно изображая из себя ботлхантера, для чего вытащил из кустов пару грязных пивных бутылок. Влево – потому что чуть в стороне от прохода посреди площадки, плотно засеянной окурками, солидно красовался шестисотый «мерин» глубоко чёрного цвета. Заура впечатлила эта тачка, а вот голубям было насрать на неё – от переднего бампера и до выхлопной трубы. То ли местная популяция пташек была весьма многочисленной, то ли редкие аборигенные экземпляры проявляли подозрительную настойчивость в выборе цели для своих ковровых бомбардировок.
Заур вытащил из кармана мобильник Края. Не разрядился, ни одного пропущенного вызова. А так хотелось, чтобы Макс позвонил ещё и рассказал, где конкретно спрятан искомый бионоид и как его дезактивировать. Насчёт дезактивации лучше вообще не думать, иначе совсем уж тоскливо… Раз нет знаков свыше, придётся-таки сунуться в осиное гнездо да оторвать кое-кому задницу вместе с жалом.
– С Богом! – Заур обнаружил дыру в заборе: колючка была аккуратно разрезана и загнута так, чтобы можно было войти на территорию гаражного кооператива, не зацепившись, не порвав одежду.
Над гаражами зазвучала музыка. Точнее – её жалкое громкое подобие, поднявшее в небо десятка два голубей. Млея от блатной романтики, хриплый аккомпанемент принялся с чувством выблёвывать в воздух оду воровским будням.
На миг Заур растерялся, что внешне никак не проявилось: он не дёрнулся, пролезая в дыру, не сбился с шага, миновав ограждение, и даже не моргнул под толстыми линзами очков, едва не перейдя на бег. Разве что уронил бутылки – звон разбитого стекла – и, сунув руки в карманы, нащупал ПП, заранее снятые с предохранителей.
Никто его не окрикнул, не встал на пути и даже не выстрелил из-за угла.
Заур быстро прохромал мимо «мерина». Под задним стеклом машины обнаружилась картонка с корявой надписью «ПРОДАМ», чуть ниже был выведен номер мобильника. Вот почему машина выставлена посреди площадки. Так сказать, товар неумытым лицом…
Заглянув в проход между рядами гаражей, палач враз оценил все преимущества и недостатки поля грядущего боя. Ширина прохода-проезда – метров восемь. Асфальт тут похуже, чем на «центральной улице», кое-где прохудился, но дыры залатали битым кирпичом. Недавно спиленные тополя – листья ещё зелёные, не завяли – разложили вдоль побеленных стен гаражей. Небось деревья вымахали слишком высокие, цепляли провода. Да и пуха от них летом много…
Возле чуть приоткрытых ворот – только-только обновлённых, краска влажно блестит – стоял прямо на асфальте допотопный проигрыватель лазерных дисков, от которого тянулись провода к здоровенным, в половину роста Заура, колонкам. Между колонками и воротами подрагивал в пароксизмах, должных символизировать танец, тот самый меломан, что врубил музыку.
Меломан оглушительно пьян. На ногах у него – резиновые шлёпки, а из одежды – только семейные трусы чуть ли не по колено, в крупный жёлтый горошек по синему полю, да белая когда-то майка. Всё заляпано краской, ибо меломан оказался ещё и маляром по совместительству. Жестяная банка вместе с кисточкой б/у прилагались. Бонусом под колонкой была выставлена на две трети опустошённая бутылка горилки ёмкостью один литр. Закуска отсутствовала. Вместо неё – мятая пачка сигарет.
– Эй, браток, накапай чуть. – Заур двинул к меломану, который как раз краем глаза заметил уже, что он тут не сам. – Ворота обмыть надо? Надо! А не то поржавеют!
Не прекращая содрогаться в танце, меломан всем телом повернулся к Зауру. Красное нездоровое лицо его источало пот, глаза, до сего момента равнодушно-добрые, сфокусировавшись на госте, вдруг стали злыми.
– Ах ты сука легавая!.. – Из складок внушительного живота на поясе «танцор» неожиданно резво для своего состояния выудил воронёный револьвер и направил на Заура.
Палач выстрелил первым.
Метил он, понятно, в оружие. Меломан взвыл от боли и схватился за пальцы – их сломало, когда короткой очередью вышибло ствол из кисти. Заур резко ускорился. Нельзя позволить грешнику прийти в себя. Пары секунд хватило, чтобы оказаться рядом с ним и, схватив за грудки, – майка предательски порвалась – проорать в красную рожу:
– Твой «мерин»? Голубями загаженный? Твой?!
Ошалевший от натиска меломан кивнул. Пахло от него перегаром и ацетоном. Для пущей убедительности палач всадил очередь в проигрыватель – по сторонам раскидало серебристый пластик и микросхемы.
– Тебе тачку Андрюшка подогнал? Вячеславович? – продолжил дознание Заур. – Говори!