Ну да, ничего умного в голову не пришло.
— Нет, спасибо.
— Воды? Жарко сегодня.
Глупо, да?
Есения робко улыбалась.
— Можно.
Ну хоть что-то.
Черт! И о чем с ней говорить? Не могу же я ее просто так в доме бросить. И где Наташку черти носят? На фига назначать встречу с подругой, а самой опаздывать! И еще дома никого нет.
Я ощущал себя смущенным юнцом, да вот только юнцом я давно уже не был. Как и не смущался. Просто не мог понять, о чем можно с Есенией говорить. С тех пор как я ее вытащил из воды, а вместо благодарностей получил гримасу отвращения, прошло много лет. Но я все равно помнил ее лицо. И то, что тогда чувствовал.
— Пошли, — пропыхтел себе под нос, торопливым шагом направляясь к кухне. Есения семенила следом.
Не оглядываясь, вошел в просторную кухню. Налил полный стакан воды, поставил на стол. Пусть угощается.
А мне что делать-то?
Тем временем Есения подошла к столу. Взяла стакан. Поднесла к губам и, поблагодарив, сделала пару глотков.
А я как идиот пялился на нее. На ее сочные розовые губы, на то, как дернулось горло, когда она сделала первый глоток и не мог поверить, что она стала такой. Где та, черт дери, тощая девчонка, которая жутко раздражала меня? Где моя злость на глупую овечку?
Где прежний я?
В реальность меня вернуло тихое покашливание.
Поставив стакан на стол, Есения на пару мгновений отвернулась, а я...
Черт, и чем думает моя голова!
— Наташка скоро приедет?
— Хмм, — протянула Есения, оглядывая комнату, в которой, скорее всего, частенько бывает, — да. Она сказала, что уже дома. Вот я и подумала, что...
— Ясно. Как обычно. Я наберу ее. Потороплю
— Ой, не надо! — затрясла шикарной копной гостья, которая лучше бы не приходила. — Уверена, она уже почти доехала. Я могу ее подождать в гостиной или у нее в комнате.
Хорошее предложение, правильное. Но отчего-то сейчас, когда она сама изъявила желание уйти подальше с глаз моих, я не мог ее отпустить. В голове всё вертелась картинка того вечера, когда я увидел на плече Есении синяк.
— Да ладно, ты мне не мешаешь, — и даже попытался изобразить улыбку. — Лучше расскажи, как идет подготовка к свадьбе?
И на кой черт мне это знать? Хотелось треснуть себя по лбу, но остановило то, что Есения, кажется, расслабилась и даже перестала нервно оглядываться по сторонам.
— Хорошо. Почти все готово. Осталось лишь договориться насчет цветов и забрать костюм Марка из ателье.
Ну да, свадьба. О чем же нам еще можно было поговорить. Ведь прошло столько лет. Я и раньше с Есенией не общался — она как-то сторонилась меня, а мне... мне плевать было на подружек сестры. А сейчас я не знал, о чем можно с ней поговорить. Не о мальчишнике же.
— Девичник уже был? — вдруг выдал, сам от себя поражаясь.
Ресницы девушки запорхали словно в возмущении.
— Нет.
— А когда будет?
— Не будет.
— То есть?..
Есения вновь стушевалась. Будто в ней сработал какой-то внутренний тумблер. Пожав плечами, она отвернулась.
— Мы решили, что не будем устраивать девичник.
Мы? Это она и Наташка? Странно. Потому что, зная сестру, я был уверен, что та встряхнет весь город, устраивая самый безумный девичник, который только можно придумать. Но Есения и в этот раз меня удивила. Вот только расспросить ее я не успел.
Из глубины дома прозвучал звонок. Кто-то звонил на мой мобильный, и очень настойчиво. Надеюсь, это сестра, которая будет дико извиняться за то, что наврала подружке и попросит прикрыть ее наглую задницу. Но звонил мне Марк.
— Привет! Ты видел сообщение?
— Нет. Какое?
— Я адрес скинул бара, где будет мальчишник. Сам доберешься или Тима просить забрать тебя?
— Нет, я сам.
— Ну ладно. Давай до вечера, — и Марк сбросил вызов. Уже было собираясь вернуться в кухню, я услышал женские голоса. Похоже, Наташка вернулась.
Выдохнул.
Не нужно туда возвращаться и пытаться быть гостеприимным хозяином или старым знакомым. Я был в этом доме чужаком, а с Есенией... Что ж, с ней мы никогда не были друзьями.