Энджи скрестила руки на груди.
— Какого черта с тобой происходит?
— Неа, — настаивал он.
— Ясно, — бросила она, повторив его жест, обозначающий совокупление. — Я поняла тебя, Кен. Я понимаю, о чем ты, и, должна сказать, на меня произвело впечатление, что ты еще не забыл о таких вещах, но у нас с тобой это не может произойти ни при каких обстоятельствах.
— Ты! — проревел он в ответ, со злостью ткнув пальцем в ее сторону. — Ма-а-йл. — Он снова повторил тот же жест.
— Ох! — Она наконец поняла, о чем он. Ты и Майкл!
— Так ты знал об этом? — спросила она.
Кен выразительно поднял брови. Кто же этого не знал?!
— Ну да, — призналась она. — Я спала с ним.
— Он… гриил… мне.
— Не сомневаюсь.
Боже, все знали об этом!
— Э, — сказал Кен. Эй!
Она подняла глаза. Он вопросительно пожал одним плечом, спрашивая, что еще.
— Одна из моих девушек была убита.
Он показал на телевизор.
— Хоум. — Он, очевидно, видел этот сюжет в новостях.
— Да, она жила в Грейди Хоумс, — сказала Энджи. — У нее был откушен язык. Она задохнулась, захлебнувшись собственной кровью.
— Ма-а-йл?
Сначала Энджи решила, что он спрашивает, не Майкл ли убил ее. Но потом поняла.
— Не думаю, что Алиша была одной из девушек, которые шли с ним, чтобы выбраться из облавы, — сказала она. — Я перестала работать в Грейди Хоумс примерно в то же время, как он стал твоим напарником. Мое прикрытие там было провалено.
— Кто?
Энджи улыбнулась. Она никогда даже не задавала себе этот вопрос. Нельзя постоянно уходить с клиентами и не возвращаться с ними обратно, без того чтобы в конце концов окружающие не поняли, что ты коп.
— Думаю, Майкл вполне мог сдать меня, — допустила она. — Возможно, он рассчитывал, что у меня из-за этого будут неприятности, но меня просто перевели на другую улицу. К новым девочкам. Новым клиентам. — Об одном из них она вспоминала не раз. — Несколько месяцев назад Майкл пришел на мою новую улицу, — сказала она Кену. — Я думала, что он специально ведет себя как сволочь, но он сказал, чтобы мы были осторожны в отношении одного парня, которого только что выпустили досрочно. Сказал, что он грязный ублюдок.
Кен фыркнул. Очевидно, он и сам имел удовольствие выслушивать запугивания от Майкла.
— Да, я тоже не приняла все это всерьез, — согласилась она. — А потом я натолкнулась на человека, о котором он предупреждал. Его зовут Джон Шелли.
Кен пожал плечами. Никогда о нем не слышал.
— Как бы там ни было, — сказала Энджи, чувствуя, что ходит кругами вокруг да около, — через день после того, как погибла Алиша Монро, ближайшую соседку Майкла нашли мертвой на заднем дворе ее дома.
— Хм?
— Да, — согласилась Энджи и рассказала ему подробности, которые Кен не мог услышать в новостях. Она бы и сама не знала о таких деталях, если бы не Уилл. — Язык его соседки был отрезан. У Монро язык был откушен, но все-таки…
Энджи почувствовала себя неловко. Все-таки Кен находится здесь. Старому бабнику достаточно уже и без того, чтобы она изливала ему душу.
— Не стоило грузить тебя всем этим.
— Бо. — Кен сделал круговое движение рукой. Он хотел услышать больше.
— Соседке Майкла было всего пятнадцать.
Энджи внезапно запнулась. Джина Ормевуд сказала, что познакомилась с Майклом, когда ей тоже было пятнадцать.
— Когда была война в Заливе? — спросила она. — В девяностом? Девяносто первом?
Кен поднял один палец.
— Сколько лет ему было тогда, как думаешь? Ему сейчас сорок, так? В прошлом году у них была там типа вечеринка. Помню, везде болтались черные надувные шары.
Кен кивнул.
С математикой у Энджи было туго. Уилл давно бы вычислил все в уме, а ей нужно было на чем-то писать. Она нашла в сумочке клочок бумаги и нацарапала в столбик цифры, бормоча себе под нос:
— Майкл родился в шестьдесят шестом. Минус две тысячи шестой… — Она еще раз проверила цифры, убедившись, что все сделала правильно. Потом подняла голову и посмотрела на Кена. — Джине было пятнадцать, когда она встретила его. Она сказала, что сначала он заинтересовался ее кузиной, которая была на год моложе.
Она поднесла бумажку к Кену, чтобы он мог ее видеть.
— Ему было двадцать пять. Что делать двадцатипятилетнему мужику с пятнадцатилетней девочкой?