«СЕГОДНЯ КОНЧИЛАСЬ КАРЬЕРА СЭМА РИДА, ИЗВЕСТНОГО ДЕЯТЕЛЯ НАЗЕМНОЙ КОЛОНИИ. УДИВИВ ВСЕХ ЗНАВШИХ ЕГО, ОН НАЙДЕН УСНУВШИМ ПОД ВЛИЯНИЕМ СОННОГО ПОРОШКА…»
Здесь было все. Расследование, последовавшее за его очевидным самоубийством; скандал, когда обнаружился обман. Через четыре дня после исчезновения Сэма Рида мыльный пузырь колонии лопнул.
Робин Хейл, вольный товарищ, не делал никаких заявлений. Да и что он мог сказать?
Было продано триста процентов акций, и этот факт громче всех говорил о том, что Сэм сам не верил в успех колонии. Хейл сделал единственно возможное — попытался успокоить бурю, как это ему уже приходилось делать в его долгой жизни — выдерживать бури, поднятые людьми, и природные бури на поверхности… Конечно, это было невозможно. Слишком накалилась атмосфера. Слишком много людей поверило в успех.
Когда пузырь лопнул, мало что осталось.
Главный удар позора приняло на себя имя Сэма Рида. Он был не только обманщик — он трусливо сбежал, скрывшись в самоубийственном сне. Никто не удивился этому его поступку.
Поступок его был нелогичен — но у публики не было времени задуматься над этим. Если колония была обречена на неудачу, то Сэму нужно было скрыться и спокойно дождаться своих трехсот процентов прибыли. Его самоубийство показывало, что он опасался успеха колонии. Но над этим никто не задумался. Все решили, что, опасаясь разоблачения, он избрал самый быстрый выход.
Расследование обнаружило все скрытые им вклады. Оказывается, он спрятал их недостаточно тщательно. Все четыре тайника были найдены и опустошены. Старый обзор новостей сообщал подробности.
Сэм откинулся назад и заморгал в тусклом свете библиотеки. Итак, он разорен.
Он видел за событиями сорокалетней давности руку Харкеров. Лицо Захарии встало перед ним, как будто только что виденное, гладкое, улыбающееся с экрана, бесстрастное, как лицо бога, следящее за эфемерным успехом смертного. Захария конечно же знал, что делал. Но это только начало игры. Сэм в этой игре должен был послужить пешкой, отброшенной за ненадобностью. И он повернулся к экрану, чтобы узнать, какими были следующие ходы.
Он был удивлен, узнав, что Робин Хейл пошел вперед и основал наземную колонию — почти безо всякой поддержки, но при активном противодействии врагов.
Да, колония была основана, но удивительно мало новостей сообщалось о ней. В башне Делавэр произошло сенсационное убийство, и сообщение о нем вытеснило все новости о колонии. Сэм просматривал неделю за неделей — и находил лишь краткие сообщения о колонии.
Конечно, это было не случайно. Харкеры знали, что делают.
Сэм выключил экран и задумался. Придется изменить первоначальный план, но немного. Он по-прежнему нуждается в деньгах, и они нужны немедленно. Он судорожно глотнул, вновь ощутив сухость горла. Его сбережения исчезли. Что же осталось? Только он сам, его опыт, его бесценная тайна, которую он пока не может открыть, а что еще? Документы на землю, оформленные на его имя сорок лет назад, все еще действовали. Они не подлежали отмене. Но под своим именем он не может затребовать их, а все другие требования будут незаконными. Ну, этим можно будет заняться позже.
Сейчас — деньги. Губы Сэма сжались. Он встал и вышел из библиотеки. Он шел искать оружие и жертву. Грабежом не добудешь нескольких тысяч кредитов без сложной подготовки, но он мог отобрать где-нибудь в переулке несколько кредитов, если повезет.
Ему повезло. И тому человеку, которого он оглушил — тоже, потому что его череп не раскололся от удара носка, набитого булыжниками. Сэм был удивлен, обнаружив, что физически находится в гораздо лучшей форме, чем ожидал. Большинство жертв сонного порошка становились ко времени смерти мумиями — мешками с костями. Еще одна загадка — как же он провел эти сорок сонных лет?
Снова вернулось воспоминание о человеке в тупике. Если бы только у него тогда была ясная голова, он схватил бы этого наблюдателя за горло и вытряс из него информацию. Ну ладно, и на это еще будет время.
С сорока тремя кредитами в кармане он направился в заведение, которое знавал сорок лет назад. Служители здесь держали рот на замке и работали искусно, а в башнях не происходит быстрых изменений. Он подумал, что оно еще там.
По дороге он миновал несколько больших новых салонов, где мужчин и женщин украшали до степени совершенства. Очевидно, запросы повысились. В башне стало заметно больше щегольства. Повсюду встречались мужчины с тщательно завитыми бородами и локонами. Сэму были необходимы скромность и благоразумие. Он не удивился, увидев, что полулегальное заведение еще действует.