— Ваш обман не подействует, — процедил Захария. — Ни один бессмертный не покинет башню.
— Значит, вы согласны скорее умереть, чем отдать немного кориума? — Осведомился Сэм. — Это ваше дело, оно касается лишь ваших семей, ваших жизней.
В комнате совета появилась Кедра Уолтон. Краем глаза Сэм уловил всплеск зеленовато-золотистых волос, когда Сари подняла голову, увидел, как напряглись ее плечи под сверкающим ливнем. Но глаза его были устремлены на Кедру.
Он был уверен, что так и произойдет. Между Кедрой и Захарией было слишком много десятилетий близости в прошлом, чтобы она не явилась сейчас.
Сэм перевел взгляд на Сари. Захария тоже — но слишком поздно. Он слишком поздно понял, что происходит, и не смог остановить ее.
Расчет времени оказался верным. Удар за ударом обрушивались на Сари, усиливая действия наркотика, подброшенного Сэмом.
Действия Сари были предопределены. Она ненавидела Захарию и Кедру. Наступило критическое мгновение.
Через секунду собрание бессмертных превратилось в сцену схватки, в попытках оторвать Сари от горла Кедры.
Сэм нажал кнопку и увидел, как его лицо появилось на экранах общественных телевизоров далеко внизу, в башнях.
Он крикнул:
— Харкер! Харкер! Я не могу связаться с вами! Включитесь!
Ответят ли бессмертные?
— Харкер! Харкер! Вы покинули башню?
Взорвалась еще одна глубинная бомба.
— Харкер, где вы? Если Харкеры бежали, кто остался у власти? Отвечайте мне!
Внезапно на экране появилось лицо Захарии. Он тяжело дышал, из длинной царапины на лице текла кровь. Но лицо его выражало ледяное спокойствие.
Он произнес:
— Мы не бежали из башни. Мы…
Он не закончил — его голос потонул в реве толпы.
Купол над ними по-прежнему дрожал от ударов бомб, и даже невозмутимые бессмертные казались испуганными.
Ужас заставил толпу взреветь. Люди требовали сдачи.
И тут Сэм сделал свою первую ошибку.
Он должен был отступить и позволить событиям идти своим путем. Но вид Захарии, даже в такой обстановке сохранившего ледяное спокойствие, принуждал его к желанию разбить это ровное, лишенное возраста лицо кулаком, вырвать признание поражения у этого несгибаемого бессмертного.
— Сдавайтесь немедленно! — ревел на экране Сэм. — Ни один Харкер не должен управлять! Дайте нам то, что мы просим, и покажите, что происходит в комнате совета.
Захария стал ясно виден, он наклонился вперед, глядя в бок на охваченную паникой толпу.
— У меня есть для вас новости, люди башен, — спокойно сказал он. — Вы в безопасности. Ни одна бомба не упала на башни — и не упадет. Джоэль Рид сказал, что никогда не видел своего отца. Он поклялся смыть позор со своего имени и дать нам еще одну возможность колонизировать поверхность, возможность, которой вас лишил Сэм Рид. Но этот человек и есть Сэм Рид! Мы нашли неоспоримые доказательства: отпечатки пальцев и снимки сетчатки глаза. Наши следователи не ошиблись. Сэм Рид, говорите с башнями. Говорите с людьми, которых вы обманули.
Снова на экране появилось лицо Сэма Рида. Он должен был ответить. Он знал, что. Он уже почти нащупал это.
И тут до него дошло! Захария сделал одну фатальную ошибку. Харкеры не привыкли к быстрому мышлению. Много столетий им не приходилось смотреть в глаза угрожающей опасности, оценивать ее и тут же инстинктивно выбирать наиболее безопасный путь: Захария был бессмертным. Он не мог думать так же, как короткоживущий.
Сэм рассмеялся:
— Нет, — сказал он. — Я не стану отрицать этого. Я сам приведу доказательства. — Харкер прав — я — бессмертный!
Сэм сделал паузу, чтобы все усвоили сказанное.
— Мне было сорок лет, когда мне в лицо бросили сонный порошок, — продолжал он. — В течение сорока лет я отсутствовал. Похож я на восьмидесятилетнего? А ведь мне восемьдесят лет!
— Смотрите на меня!!! — крикнул Сэм. — Вы же видите, что я не бессмертный. Я такой же человек, как и вы все. Ни у одного бессмертного нет такого телосложения, как у меня. Но я прожил восемьдесят лет.
Он помолчал, обратив на них свой острый гневный взгляд.
— Я был обычным человеком! Человеком, подобным вам. Но я жил на поверхности, и я совершил великое открытие. Я узнал, почему бессмертные не хотят колонизации поверхности. Вы все знаете, как они старались помешать нам.
Теперь я скажу, почему.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
Когда Израиль вышел
Из Египта,
Безопасно прошел он
По дну моря;