— Альпер! — снова послышался сильный звенящий звук голоса Нете. — Альпер! Теперь поздно! Слушай меня! Слушай внимательно! Меня уже увидели, и Богиня ждет, чтобы меня схватить. Я буду помогать тебе, если смогу. Но спрячь Огненную Птицу, никому не показывай ее. Если ты хочешь остаться живым, спрячь ее, пока я не приду к тебе…
Внезапно стена тишины поглотила ее крики. Нете исчезла в складках тумана, и в последний раз ее большие блестящие глаза взглянули на них с мольбой.
Альпер нервно сжал в руке Огненную Птицу; потом потер лицо и с сомнением взглянул на Клей.
— Я… я не понимаю, — сказал он. — Мы спим? Где мы? Клей, мне кажется, Нете думает, что ты… ты знаешь, что произошло?
Клей сжала руку Сойера. Она теперь медленно двигалась, подчиняясь мягкому, но сильному давлению воздуха. Альпер сделал три шага, чтобы догнать их.
— Это не сон, — нерешительно сказала Клей. Ее необычный акцент стал сильнее. — Мне кажется, что когда мы были на полюсе в Фортуне — это был сон, а сейчас я начинаю пробуждаться, возвращаюсь в реальный мир. Мой мир — в конце туннеля. Хомад — там живет мой народ. Где… где правят Изверы. Где…
Она внезапно замолчала, коротко ахнув. Пальцы ее впились в руку Сойера в судорогах неожиданного ужаса.
— О, нет! — вскричала она. — О, я не могу идти туда! Я не могу возвращаться!
Она, как безумная, повернулась и попыталась бежать обратно. Но меховая шуба мешала ей, а обувь скользила по полу. Она сбросила свои сапоги и попыталась бежать босая навстречу давлению воздуха. Но это ей не удавалось, она не могла сдвинуться с места.
— В чем дело? — спросил Сойер. — Скажи, что ты вспомнила, Клей? Чего ты боишься?
— Н-Нете, — сказала Клей.
Она с дрожью повернулась к туманному занавесу, за которым исчезали молчаливые фигуры в мантиях. Бесстрастные, улыбающиеся маски смотрели невидящими глазами.
— Я вспомнила… Когда мой дед был рабом в замке, Нете уже стала избранницей Богини. В следующем ранге жрицы она уже имела бы право носить Двойную Маску. Затем я исчезла… — и девушка коснулась своего лица, своего тела, как будто они были для нее странными, незнакомыми, как и ее воспоминания.
— Меня не было целых два года, если, конечно, у нас время такое же, как на Земле. Я сбежала отсюда и не могу теперь возвращаться обратно. Ведь меня назначили в жертву Огненной Птице. Что мне делать?
Она бросила дикий безумный взгляд на Сойера.
— Подожди, — сказал он. — Объясни подробнее. Там, в конце туннеля находится другой мир? Твой мир?
— Да! — отчаянно крикнула она. — Я знаю это! Вы видели Нете! Видели и остальных. Неужели вы думаете, что находитесь в своем мире?! Похожи они на людей Земли? Там другой мир, и я знаю это!
Сойер задумчиво смотрел на нее. Затем перевел взгляд на слепые улыбающиеся фигуры, двигающиеся перед ними по своим же отражениям в зеркальном полу. С трудом он повернулся, чтобы рассмотреть сомкнувшуюся позади стену туннеля. Ему показалось, что кто-то ударил его в шахте по голове, и сейчас он лежит на полу, где ему чудятся различные кошмары.
— Сон это, или явь, — сказал он, — нам нужно действовать. Альпер, ты можешь двигаться против потока. Проверь, сможешь ли ты остановить нас?
Альпер неохотно встал перед ними. Но из этого ничего не вышло. Плотный поток воздуха тащил их так легко, как будто Альпера не было на пути. Отойдя в сторону, он крепко взял Клей за руку и уперся изо всех сил. Но поток, который волок Клей, потащил и его. Ноги Альпера скользили по гладкому полу.
Сойер вздохнул.
— Ну что ж, ничего не выйдет. Что нас ждет, Клей, по ту сторону занавеса?
— Город, — сказала она нетерпеливо, все еще тщетно стараясь удержаться на скользком полу. — Хомад, мой мир. О, мне еще столько нужно вспомнить! Все передо мной, как в тумане… Но я знаю точно — Нете опасна!
— Скажи, что ты помнишь о ней, — сказал Сойер, — и побыстрее. Времени у нас мало.
— Она — Извер, бессмертная, она из расы богов, которые правят Хомадом. Боги не стареют. Ничто не может повредить им. Богиня может править вечно, если только не возникнут волнения, и ее народ не прогонит ее за это.
— Богиня? — переспросил Сойер.
— Не совсем. Просто Извер, как Нете, только с бо́льшим могуществом, и которая имеет право носить Двойную Маску и Темную Мантию. Нете собирается стать такой через три дня, если она не лжет. Мне очень страшно! Вероятно, пока меня не было, произошли большие волнения, иначе Нете не смогла бы сменить Богиню.
— Волнения? — спросил Сойер. — Они отразятся на нас? Расскажи, что ты помнишь!
— Волнения среди богов, — неуверенно заметила Клей. — Откуда может простой Хом узнать об этом? Но иногда Изверы начинают исчезать, таять, как туман, и никто не понимает, почему. А иногда снизу приходит жуткий народ и даже Изверы не могут справиться с ними. Для Хомов все это означает жертвы, много жертв. Гораздо больше, чем обычно. Когда мы придем туда, Изверы принесут меня в жертву Огненной Птице. Птица съест меня на торжественной церемонии.