— Подожди, Нете, — сказал он. — Ты кое-что не учла. Я не знаю, понимаешь ли ты это, но твой огонь привлек внимание дикарей, которых ты называешь Селли. Я думаю, что в Хомаде скоро поднимется тревога. Взбирайся на камень, посмотри сама! Не приближайся! Я могу спрыгнуть!
Она презрительно зашипела на него и затем вскочила на камень, чтобы увидеть то, о чем он говорил. И тут она со злостью выдохнула воздух.
В красноватом свете огня, отраженного от нижней поверхности Хомада, было видно, что поднимающиеся острова буквально кишели дикарями. Они стремились к пламени, прыгали с острова на остров, хватались за торчавшие корни, влезали наверх, ни на секунду не отводя своих пустых глаз от притягивающего их света. Они были как в гипнозе.
И в этот момент земля под ногами Сойера содрогнулась, как пришпоренная лошадь. Нете выругалась и упала с камня, на который только что взобралась. Сойер инстинктивно ухватился за ствол дерева, и это спасло его от падения. Он ударился головой о ствол, из глаз посыпались искры.
Затем остров под ним вдруг накренился, снова по его лицу захлестали мокрые сучья. Он поднял голову как раз вовремя. Остров поднялся и вплотную приблизился к Хомаду. Корни деревьев Хомада сплелись с вершинами деревьев острова.
А над головой, подобно воротам Рая, сквозь тьму и дождь смутно проглядывали железные двери и каменные стены города. Двери были открыты. Бой колоколов гулко разносился по всему пространству.
Сойер изо всех сил ухватился за дерево и смотрел.
Водопад человеческих фигур перехлестывал через край верхнего мира. Отблески света выхватывали из тьмы стальные трубки и катушки таинственного оружия Хом. Они сверкали подобно штыкам.
Хом бежали впереди и кричали.
Глухой вой дикарей отозвался, как эхо. Черепашьи головы втянулись в квадратные плечи, длинные руки извивались, ножи сверкали. Дикари ринулись навстречу Хом.
И перекрывая воинственные кличи Хом и завывания Селли, трижды ударил гонг. Сильный, ясный, чистый звук разносился волнами по воздуху. И среди человеческого водопада, обрушивающегося через ворота города, появились три богоподобные фигуры.
Трое высоких Изверов с поднятыми головами и расправленными плечами возвышались над человеческой массой. Они размахивали кнутами из пламени. Раскаты грома сопровождали удары этих молний. Они кричали, и голоса их были подобны голосам разгневанных ангелов, сильные, звенящие золотом.
Сойер подумал, что теперь у Хом есть возможность победить дикарей.
При первых же звуках голосов Изверов Нете резко повернулась, шипя с яростью и тревогой. Она бросила на Сойера злобный взгляд и нерешительно шагнула к нему. Тот отреагировал немедленно и перегнулся через край, сказав через плечо:
— Ты ничего не добьешься. Я спрыгну, и ты это знаешь.
Она разрывалась в нерешительности между желанием схватить Сойера и необходимостью бежать от Изверов. Сойер снова обратил внимание, что ее фигура имеет те же диспропорции, что и искаженные изображения людей на картинах Эль Греко.
— Не думай, что ты выиграл, — зашипела она. Глаза Нете горели яростью. — Я сказала тебе слишком много и теперь ты в постоянной опасности. Ты не скроешься от меня! Я… — Она не договорила, свирепо улыбнулась ему и затем одним грациозным прыжком скрылась за камнями. Она побежала по направлению к холмам, прочь от места, где началась битва.
Сойер пытался разглядеть ее, но она уже исчезла. А может быть, нет? Он сделал несколько осторожных шагов от обрыва, наблюдая за сражением.
Первые ряды Хом и лавина дикарей уже столкнулись, и это столкновение заставило остров содрогнуться.
Изверы величественно шагали вперед среди этого хаоса. Их кнуты молниями рисовали огненные кольца в воздухе, которые разрывались со страшным грохотом. Их звенящие золотом крики заглушали хриплый вой дикарей и воинственные крики Хом. А над всем этим шумом катился тревожный звон колокола, сотрясающий воздух. Полупогасшее пламя плаща подсвечивало битву снизу, подобно адскому пламени.
Сойер увидел, как передний Извер и Селли сошлись лицом к лицу в кошмаре битвы. Казалось, огромная искра ненависти проскочила между ними. Глаза дикарей сверкали, а лицо Извера вспыхивало пламенем божественного гнева. Извер взмахнул кнутом, раскрутил молнию в воздухе, и огненное кольцо захлестнуло безобразных рептилий.
Селли выли, шатались, падали… но не умирали. Сойер смотрел в изумлении. Он видел, как оглушенные дикари поднимались, тряся головами, и снова шли в бой.