"Моя спина тоже должна быть защищена", — подумал Сэм.
Вертолет направился к Шестому острову. Его покрывали джунгли, за исключением высокого холма в одном его конце. На вершине стоял вертолет, и на фоне бледного неба вырисовывалась фигура человека. У временных причалов на берегу двигались барки и легкие суда. Сэм указал на него пилоту, и вертолет повернул в сторону холма, пробираясь почти на уровне кораблей. Брызги воды покрыли защитный колпак кабины.
Сегодня Дождя не будет, подумал Сэм, взглянув на облачное одеяло. Это хорошо. Условия на поверхности и так достаточно плохие, без яростных проливных дождей. Всю работу приходилось планировать в соответствии с показаниями метеорологов. А для того, чтобы основать базу на Шестом острове, нужно несколько ясных дней. Позже будет построен мост к Пятому острову, и цепь вытянется еще на одно звено.
Сэм встал, когда вертолет опустился у причала. Он легко спрыгнул на помост, оказавшись в самом центре торопливой, не слишком хорошо организованной деятельности. С баржи на гусеницах съехала огромная дробилка, и берег, казалось, прогнулся под ее чудовищной тяжестью. За ней последовали различные легкие машины на высоких колесах. Люди ходили в легких защитных костюмах и респираторах. Тяжелое снаряжение на берегу — помеха.
Фигура в маске тронула Сэма за руку и протянула ему сверток.
— Лучше наденьте это, сэр. Могут еще встретиться насекомые, а ядовитые растения на берегу очень живучи.
Сэм надел костюм и респиратор.
— Мне нужен губернатор. Это он там, на холме?
— Да, сэр. Туда еще нет дороги. Он добрался на вертолете. Спустя четыре минуты Сэм спрыгнул на вершину холма с зависшего вертолета и махнул пилоту, чтобы тот улетал.
На Хейле не было ни защитного костюма, ни респиратора, Сэм тоже снял их. Здесь, высоко над джунглями, опасность инфекции была меньше. К тому же за последние месяцы Хейл и Сэм приобрели немалый иммунитет.
Хейл кивнул Сэму. Он держал бинокль и портативный микрофон, провод от которого уходил в сторону вертолета. Другого оборудования у него не было, только на походном столе была расстелена карта.
— Как дела? — спросил Сэм.
— Нормально, — ответил Хейл. — Опрыскивание уничтожило большинство насекомых, хотя и не полностью.
Все, что находилось под ногами, классифицировалось как насекомые. Помимо их существовала фауна — животные и флора — зеленая растительность. Опрыскивание не давало большого эффекта, так как звери были огромны, а растительность крайне агрессивна. Но все же опрыскивание очень помогало. Люди многому научились при колонизации пяти островов. Первый шаг — опрыскивание всего острова растворами, которые очень не любят насекомые. Один из этих растворов поражал лишайники, другой приносил значительный ущерб флоре. Животные в лучшем случае заболевали. Они набрасывались на людей, но их можно было подстрелить, если действовать быстро. Зато у них не было неприятной привычки проникать в легкие, быстро прорастать там комковатой массой, которая парализует дыхательный аппарат.
Шестой остров не выглядел колонизованным. Он выглядел больным.
Джунгли больше не были сверкающей зеленой массой. Они обвисли. Изредка по ним проходило медленное летаргическое движение. Сэм хотел получше разглядеть их.
— В кабине есть еще один бинокль, — продолжал Хейл. Сэм взял бинокль. Он изучил остров и рассматривал людей.
Что-то в их движениях заинтересовало его — живость, необычная в первой колонии и определенно не известная в башнях. Интерес Сэма к джунглям был поверхностным и побочным. Единственное, что его интересовало всерьез, — это люди, и он проводил много времени, размышляя над мотивами их поступков и отыскивая в их действиях то, что может пригодиться ему, Сэму Риду.
Эти люди были счастливы своей работой. Это было нечто новое для Венеры. Сэм знал, что мышцы их должны болеть от непривычной работы, что пот покрывает их тела под защитными костюмами. Каждый их вдох и каждое движение несли опасность. Но они были счастливы. Работа была новой и всепоглощающей. Они могли увидеть свое продвижение, просто оглянувшись назад. Это было достойное занятие для человеческой жизни — вносить порядок в хаос в поте лица своего. Человечество слишком долго было лишено радости физического труда. "Что будет, когда работать им надоест", — подумал Сэм.
Он искоса взглянул на Хейла, который держал бинокль у глаз, чтобы скрыть, что рассматривает своего партнера.
Сэм резко сказал:
— Что мы будем делать с Харкерами?
Хейл сказал несколько слов в микрофон, сделал жест в сторону невидимой дробилки и лишь потом неторопливо повернулся к Сэму.