— Джафар. Идем. Тебе нужно прилечь…
Опять слышу голос Мариам и, когда тонкие пальцы крепче сжимают плечи, окончательно теряю связь с тем, что мгновение назад сбило все мои внутренние механизмы.
Встряхиваю головой и, оттолкнувшись от перил, выдыхаю из горящих легких остатки кислорода. Чертовщина какая-то. Может, Касим и прав насчёт матери. Мне действительно нужна ее помощь. В противном случае, я просто сойду с ума.
— Ты принимал таблетки? — Мариам осторожно вторгается в мои мысли и, встав сбоку и положив ладонь на мою щеку, заглядывает мне в лицо. Вот только меня это заставляет лишь напрячься и бросить на нее такой взгляд, от которого девушка тут же шарахается и убирает руку.
Проклятье.
Сжав челюсти, опускаю голову и издаю глухой звук, прежде чем поворачиваюсь к ней и стараюсь произнести мягче, чем секунду назад ударил ее взглядом.
— Забыл. День был насыщенным. — Тяжело сглатываю и выдыхаю, устало проводя ладонью по лицу. — Все нормально. Иди ложись. Я скоро приду.
Мариам без промедления кивает, но уходить не торопится. Вижу ведь, как мнется на месте. Словно хочет спросить о чем-то, но по какой-то причине не решается. Читаю это по ее взволнованному взгляду.
— Что-то случилось?
На короткое мгновение она задумывается, но, как только ее губы раскрываются, из них вылетает лишь:
— Все хорошо, мой господин. Я подготовлю лекарства и налью воды.
Прищуриваясь и сделав шаг ближе, подцепляю ее лицо за подбородок.
— Ты уверена, что ничего не хочешь мне сказать?
У Мариам перехватывает дыхание, но в противовес тревожным реакциям собственного тела, она мотает головой.
— Кроме того, что пропуски таблеток опасны побочными эффектами, ничего, Джафар.
Хмыкаю и, убрав от неё руку, сминаю ладонью бороду, все еще удерживая жену под прицелом пристального взгляда. Она явно нервничает, но я спихиваю ее волнение на смену обстановки и чужую страну. К тому же, сегодня Мариам вела себя неподобающе, и, быть может, причина еще и в чувстве вины.
— Хорошо, — киваю и отступаю, немного разряжая обстановку. — Приготовь, что нужно, и ложись спать.
Когда возвращаюсь к перилам и наблюдению за тихим ночным небом, надеясь в одиночестве наконец окончательно привести голову в порядок, за спиной звучит тихий вопрос:
— Ты злишься на меня?
Я делаю глубокий вдох и оборачиваюсь вполоборота к Мариам, вопросительно выгнув бровь.
— А есть повод?
— Я опозорила тебя… — Она делает паузу, опуская взгляд в пол. — Прости. Мне не стоило влезать в мужской разговор. Это вышло… случайно. И я не желала ничего дурного. Наверное, я просто перенервничала. — Молчание. — Мне показалось, твой друг был не рад знакомству со мной. И ты тоже сегодня был чересчур холоден ко мне…
А это уже ближе к истине.
Хоть я и не имею ни малейшего желания развивать сейчас какой-либо разговор, моя жена нечасто позволяет себе откровения. Поэтому решаю выслушать ее.
Поворачиваюсь и, поторопив Мари жестом, складываю руки на груди.
— С чего такие выводы? — спрашиваю, стараясь не заострять внимания на головной боли.
Мариам поднимает растерянный взгляд и перед ответом берет паузу на размышления. Мне нравится эта ее черта. Мне нравится, когда люди думают, прежде чем заговорить. Потому что каждое слово имеет последствия.
— Я не хочу показаться неблагодарной, Джафар. Ведь Господин Саад уль-Хаир принял нас, накормил и предложил хорошие условия для ночлега. Но… мне кажется, я не понравилась ему. — Такая красивая женщина и такая неуверенная. — Зачем он сказал о «первой жене»? — немного смущенно продолжает она. — Что он имел в виду? У тебя ведь никого нет кроме меня?
Подобные вопросы все же застают меня врасплох и удивляют.
Напряженно сглатываю и прочищаю горло.
— Это может стать для нас проблемой? — увожу разговор в другую сторону. — Наши отношения холодны как сталь, возможно, причина тому брак, заключенный ради союза семей и укрепления торговых связей. Сделка ради бизнеса. Между нами нет влечения и страсти. И, если за два года ничего не изменилось, стоит принять это как данность и жить в уважении. Думаю, ты тоже это понимаешь. Такое случается. Поэтому мысль о второй жене здравая и допустима. Скажи мне, если я не прав.
— Скажу, что мне бы этого не хотелось.
— Вот как?
Задумчиво хмурюсь и зарываюсь пальцами в бороду.
— Ты прав, этот брак заключен во благо наших семей, только это не значит, что мы не можем попытаться улучшить его… Попытаться наш долг сплести с любовью. Ведь любые отношения требуют уважения, понимания и компромисса. Возможно, нам потребуется больше времени из-за твоей травмы, но мы можем попробовать еще раз.