- Век сидеть на сраном соцпайке…, - потрясено прошептал Левша, - Мастер вы видите тоже что и я?!
- Не знаю, что видишь ты, но я кроме пыли и беснующихся дикарей на трибунах ничего не вижу и не слышу…
- Мастер, он только что вырезал полторы децемы оборотней, причем не потеряв ни одного своего! Встречная схватка, сложная местность, да это считай бой в городских условиях, вместе с засадами, а прыжки?! Вы видели эти прыжки, и это модели признанные устаревшими?! Да только эти пикирования, это уровень управления «а»-оператора! И это сраные дикари?!...
Получив болезненную оплеуху и потеряв больше двух десятков кибов, «шатерники» поспешили отступить. Но словно ненасытный хищники, черные «оборотни» цеплялись за каждую жертву, разя, нанося раны, разрывая броневые пластины раскаленными клинками в лохмотья, кибы Чужака стремились дотянуться до всех отступающих. Благодаря какой-то животной ярости, вселившейся в стальных воинов, черные «оборотни» упустили всего лишь жалкие ошметки из десятка кибов.
Первая схватка, а потери одной из сторон уже превысили половину изначального состава. Десять минут боя, а окружавшее пространство звенело от рева беснующихся трибун. Если в первые минуты схватки все были шокированы не понятным маневром чужака, то после того, как в перепаханном подлеске зрители сосчитали неподвижные туши серебряных кибов, восхищенный рев грозил обвалить жалкие остатки уцелевших развалин.
Децемы “шатерников” спешно перестраивались.
Потрепанные остатки отступили за спину свежих собратьев, где были тут же перестроены в новые порядки. Сильно поврежденные машины были тут же выведены из строя и застыли сломанными куклами, а кибы с меньшими повреждениями были объединены в отдельные децемы.
Горький опыт первой стычки показал полную не состоятельность ровных построений в условиях сложной местности.
Лес выступил союзником засевшей в нем децемы. Но отсиживаясь, среди деревьев, битву не выиграть, поэтому рано или поздно “черно-белые” выйдут в чистое поле и им придется сойтись в привычной схватке: децема на децему, и тут численный перевес сыграет свою роковую роль.
Но Чужак не собирался отсиживаться.
Рассыпавшаяся на пары децема принялась медленно передвигаться среди высохших гигантов. Используя массивные стволы как дополнительное укрытие , черно белые кибы огибали котлован высохшего озера и продвигались в сторону шатра.
И не нужно было быть гением чтобы понять простой замысел. Шатер то ведь стоял вблизи леса, как бы за спиной мощного построения, но его пологи частично прятались в тени подсохших крон. А в десятке метров от входа развивался тотем “шатерников”.
- Вот же засранец, - восхитился простоте плана Берг.
- Вы о чем мастер?
- Ему не нужно выходить в чистое поле. Где самое короткое расстояние от леса до тотема?
- Точно! Хо! Вот я не завидую балахонникам. Ведь после гонга тотем переносить уже нельзя, остается лишь защищаться, но всех кибов в эту проплешину не засунуть...И остается им только атаковать нашего Чужака в невыгодных для себя условиях. Ай-да дикарь, ай-да идея, но как он собирается пробиться к тотему?!
- У этого стервеца, мозги варят как надо, а с его опытом выбираться из всех передряг, думаю еще будут сюрпризы...
Отвлекаясь от сражения, Берг решил не откладывать дело в долгий ящик. Развлечение развлечением, а вот решения нужно принимать быстро. Но ни ему. Как бы не было любопытно, но “Чужак-дикарь” ни его проект, поэтому пусть уже Телау сама разгребается со своими тайнами.
Компиляция из молекулярных показателей, парочка четких проекций с выгодными ракурсами “красавчика”, несколько ярких эпизодов схватки и информационный массив с личным кодом бриг-капитана ушел на орбиту. Опознав биокод высокопоставленного чина, бортовой интеллект крейсера присвоил информационному докладу наивысший приоритет, и отправил шифрованную передачу с пометкой “совершенно секретно” в глубину астероидного поля.
Если сообщение важно, на него среагируют, а если нет...то он волен поступать как сочтет нужным. Посчитав свой служебное участие исчерпывающими, Берг вернулся к схватке.
На кромке леса валялось еще несколько десятков серебряных тел. И судя по тому с какой ожесточенностью в подлесок прорубается три децемы, до “шатерников” дошел не сложный замысел одиночки.
Им не оставалось ничего другого как ввязываться в схватку на чужих условиях. И платить за это большими потерями. А черно-белые снимали с этой глупости огромную жатву.
Тактический узор схваток менялся едва ли не после каждой стычки. И стоило лишь “шатерникам” приловчиться и нащупать верную последовательность , позволявшую покалеченным кибам оказывать достойное сопротивление, как бой тут же распадался. Черно -белые отступали, и следующая схватка начиналась другими кибами, и в по другому шаблону.