- Это не допустимо! При больших партиях цена падает...
- Не в нашем случае! На какие средства прикажете расширять производство, лаборатории, привлекать специалистов и закупать сырье?!
- Мы можем войти в долевое участие. Стать равноценными партнерами...
- Сульфар, я очень ценю ваше участие, но пускать «бродяг» в долю... вы меня за кого принимаете? Чтобы через пол оборота потерять контроль в партнерстве, а потом ваши спецы уведут технологию и я останусь с голой задницей?!
- Вы нам не доверяете... Это расстраивает. Наш тейп никогда не занимался обманом.
-Обманом нет, а вот темных историй полно… назовите хоть одно успешно существующее совместное предприятие? Молчите? Так я отвечу…ни одного. Поэтому и введен запрет на передачу технологий выше четвертого поколения. Так что уважаемый Сульфар, продолжаем сотрудничать в рамках старого договора. А когда прибудет Бахрам, кроме нового договора, мы сможем еще обсудить бонусы, предложенные вашим тейпом лично для меня….
Избавившись от торговца, Дит облегченно перевел дух. Бродяга наседал грамотно и давил со всех сторон. Сулил выгоду, сыпал обещаниями, но Диту не было чем ответить. Поэтому выигранная передышка должна быть использована по максимуму. А точнее, как раз на решение проблемы «малька». Уж слишком многое уперлось в эту «легенду современности» - Великого Емцар-Хана.
В сознании возник настойчивый писк.
Дит недовольно поморщился. Родовая связь прорывалась сквозь любые блоки и установки.
- Здравствуй Салем, здравствуй брат…
- Ты где?! Ты срочно нужен!
- Тихо, тихо, братец. Успокойся…
- Какой успокойся, только что мой виртконтур досматривали аудиторы отца!
- Ну и что, обычная практика, проверяли твои финансовые траты и уровень лояльности воле Рода…
- Если бы так я бы и не дергался. Они искали любое упоминание о «мальке»! А сегодня меня вызывает Троица! Я тебе однозначно говорю, нас сдали и теперь всплывут наружу и твоя имплантация бомбы и эта твоя подстава с бункером!
- У-с-п-о-ко-йся, Салем, не паникуй. Я сейчас прилечу, и мы все обсудим…
«Тварь, дрожащая, на протокол работает» отстранено подумал Дит, о попытках братца спихнуть ответственность на него. Откуда знать этому великовозрастному детине, что протоколы связи, даже родовые не могут являться доказательством. Тем более произнесенные не самим подозреваемым, а собеседником.
Но разговор с братом оставил дурно пахнущий осадок. По ходу дела, вскорости ими займутся серьезно. И возможно они удостоятся «аудиенции» Великого Мер-Хана.
Вначале конечно обойдется без химии, но если в их искренности возникнут сомнения, накачают по самые брови. И тогда пойдет допрос уже под протокол, с перекрестным опросом по обнаруженным фактам.
С другой стороны если вскрыли контур Салема, то и за виртпространством уже давно выставлена слежка. Но в отличии от брата, Дит ничего не закрывал. Оставлял доступ открытым, а прятал информацию исключительно во множестве статистических данных, где можно пропасть как кораблю в черной дыре.
Вот только почему так поздно спохватились аудиторы?
По всем срокам им нужно было начать копать, как только младшенький братишка подал официальное извещение на выезд из родового сегмента и получение причитающегося выходного пособия. Ведь слухи о новом роде расползлись стремительнее утечки кислорода. Но этого не произошло. Тишина, как ни в чем не бывало. Причина? Похоже вектор интересов смещается. А это пахнет глобальными переменами. А это встряхнет все договоренности внутри Рода. Соотвествено Младшие ветви могут передоговориться, переторговаться между собой и окажется что Роду нужны новые наследники...
По крайней мере Дит помнил, еще Зака. Улыбчивый великан был сыном женщины из Рода Сурха-Ханов. И был он наследником титула… ровно тридцать лет назад, до Салема. Похоже, дело пахнет скверным оборотом.
Палуба под ногами мягко качнулась. По вирту корабля пронеслосмь не разборчивое шипение безродного извещавшего о стыковке. Массивная дверь трюма с хлопком высокого давления впустила Дита в тесный коридор с переборкой переходного шлюза, с покрывшейся инеем дверью и неподвижными фигурами охраны в черных облегченных скафах с родовыми гербами Мер-Ханов на груди.
За спиной послышался цокот башмаков с намагниченными подошвами.
- Высокородный, мы состыковались с яхтой, прикажете приступить к выгрузке?
Блеклый взгляд, обвисшая желтая кожа лица, следы присосок на висках, выдавали человека давно подсевшего на стимуляторы. Бегающие глаза, облизывание верхней губы, при обращении к одному из жителей верхних ярусов, заставляли капитана корабля нервничать и потеть.